Председатель, кажется, даже вздремнул с досады, но и сквозь сон слышал, как Марина плакалась да кляла его на всю улицу, чтобы народ слышал. Наделала шуму на все село, чтоб его ругали, а ей сочувствовали. Хоть и дрема берет Родиона, а проникает в хитрости Маринины. Правда, не каждый позволит себе открыто любопытствовать, как жена клянет председателя колхоза. Будь на месте Родиона другой человек, давно бы сбежались соседки, судачили здесь, перемывали косточки.
- У нас в роду такого не было, чтобы кто семью бросал, - негодовала Марина.
- А теперь будет! - решил Родион. - После такой бучи ни один муж не потерпел бы тебя в хате! Довольно!
- Я тут хозяйка! - отчаянно кричала Марина. - Моя хата, коя корова... и я мать детям... никуда не уйду со своего двора! Чтобы люди смеялись? Да и дети на кого останутся? Другую найдешь - разве будет она матерью детям? И кто пойдет на чужих детей?
Марина стояла под самым окном и пилила, пилила Родиона, передышки не давала, - скверная бабья привычка.
- Домой пришел - обед сварен, рубаха чистая, скот ухожен, огород выполот, сад в полном порядке, дети накормлены, напоены. Так еще мало тебе? Не успел протереть глаза - уже жареное-пареное. За что побил? Из хаты выгонишь?!
На жалобные причитания сбежались-таки соседки - как раз об эту пору полно дел во дворе, - сочувствовали: настрадалась, нагоревалась Марина за дурным мужем.
Разбушевался, выгнал Родион жену из хаты, зовет Саньку:
- Тесто замешено, ступай хлебы печь.
Заупрямилась Санька, побоялась пересудов:
- Не стану я за чужими детьми ходить.
Нету лада в семье председателя - видят буймирцы.
Кое-кто осуждал Марину и одобрял Родиона - поделом, дескать, проучил жену.
- Такого мужа не ценить? - наставительно заметил чернобородый верзила.
- Не гневи мужа, голубить его надо, - поучал рыжебородый.
Всякие ветры гуляют на просторах Буймира!
Вот узнает Селивониха, как опозорили ее Саньку, не миновать беды. Давно всем известно, до чего это ядовитая баба.
20
Сама светловолосая, брови черные - Санька. На лоб падают кудряшки. В круглых серых глазах, подернутых поволокой, иногда вспыхивают злые огоньки. Как-то Галя заметила Саньке, что зря она нарумянилась, своего румянца хватит. Санька упрямо бросила:
- Пусть мне что угодно говорят, сама вижу в зеркало, что мне к лицу.
Галя с осуждением сказала:
- Не выношу фальшивой красоты.
Санька насупилась.
Увидела Тихона - захватило дыхание.
Где ни появится Тихон, ей-ей, поют соловьи, заливаются девчата, наяву грезить начинают. Вот и Санька ни с того ни с сего зашлась звонким хохотом, словно в серебряные колокольцы заиграла. Самая голосистая из всех, самая видная. Сероглазая, круглолицая. Тихон, конечно, замечал, как менялись, завидя его, девчата: одни делались бойчее, говорливей, другие задумчивей, словно бы что печалило их, а иная гонору на себя напустит, важная, неприступная.
Чувствуя на себе пристальные девичьи взгляды, Тихон весь так ходуном и ходит, вихляется, руки-ноги выкидывает, куражится, глазами играет, а картуз чудно так сползает на ухо, потом вдруг на нос; незаметное движение головы - и картуз съехал чуть не на самую макушку. В кольце восторгов, вздохов, взглядов Тихон исступленно затянул:
Одна возлюбленная пара
Всю ночь гуляла до утра...
Сильный голос его раскатывался, с ума сводил Саньку, - уж конечно недаром поет эту песню Тихон. Девушки терялись в догадках: кого он хочет завлечь? Давно ведь перестал гулять с Теклей. Да Текли и не видно на гулянках, разве когда кино посмотрит и то со стариками домой спешит. В хате тоску свою хоронит. Что за причина? А Тихон не очень об этом убивается. Наоборот, на все село слышно его - веселый, буйный горлан. Уж не завлек ли снова какую девушку? Взгляд у него такой неподвижный, задумчивый, пышный чуб навис над переносьем, дым из цигарки вьется мечтательно. Стоит Саньке взглянуть на парня - сердце млеет. Все село под гармонь плясом прошел. Статный красавец. Козырек блестит, глаза сверкают.
Бросая лукавые взгляды на Тихона, Санька подхватила:
Надежды не теряла,
Все милого ждала...
А Тихон кривлялся, грудь нараспашку, в татуировке, голые по локоть руки перевивали "барышни", так и тянутся к нему взгляды, весь он особенный! Где б ни появился, веселее на улице.
Девчата строили догадки: не потому ли Тихон неравнодушен к Саньке, что она однажды выручила его из беды. Ехал Тихон как-то под хмельком с ярмарки, да и наскочил на сосну в Лебедине. Хмельной угар мигом из головы вылетел, а водкой от него так и несет. Ну, Санька и дала ему пшена - ешь. Тихон горстями запихивает в рот, жует сухое пшено, лишь бы перебить спиртной дух, да заедает лавровым листом. Пока появился милиционер, Тихон целый пучок лаврового листа сжевал. Как тот ни принюхивался, ничего не учуял.
- Ты ж пьяный! - напустился он на Тихона.
- Тормоза барахлят. Хоть сейчас на экспертизу, маковой росинки во рту не было!
Тихон, он кого хочешь проведет, перехитрит.
Тут как раз подоспел Родион, вызволил парня из беды.
