Комов кивнул. Впрочем, Степан и без того уже слышал шаги, кто-то быстро поднимался по лестнице. Скорее всего, это телохранитель. Степан вынул пистолет, тихонько привел его к бою и подал знак следовать за ним.
Он не ошибся, по лестнице поднимался телохранитель Микулы Тяпа, с оружием в руке. Третьего этажа громиле показалось мало, он продолжил путь. И нос к носу столкнулся со Степаном.
Выстрелить бандит не успел. Круча налетел на Тяпу, вцепился в правую руку, вырвал пистолет, а его самого толкнул на Комова: пусть принимает.
Федот так же не стал заморачиваться относительно бандита, по эстафете передал его Кулику, а сам рванул вниз вслед за Степаном.
Круча не медлил, бежал вниз он тихо, но на Микулу навалился шумно, тот и понять ничего не успел, как врезался носом в косяк входной двери. Из руки выпал и с треском ударился о бетон мобильный телефон. А Комов так же ураганом налетел на Чуваша, который только готовился выхватить из-за пояса ствол.
Степан ударил Микулу, рукоятью пистолета рубанув его по шейным позвонкам; бандит лишился чувств, а он поднял с полу телефон. И услышал голос Валентины.
— Что там происходит? — спрашивала она.
Степан кивнул. Произошло уже и, к счастью, в пользу закона. Но говорить с Валентиной он не стал. Отключил телефон, надел на Микулу наручники. И телохранителей его задержали с новой партией боевых, не разрешенных к ношению пистолетов. И на этот раз без всяких заявлений о случайно найденном оружии.
Ночью допросы запрещены, но так Степан всего лишь беседовал с задержанным. Правда, не очень вежливо.
— Не убивал я Розу! — Микула тер пальцами гематому на затылке.
Он сидел на стуле у приставного стола, а Степан стоял у него за спиной, едва сдерживаясь от желания добавить к одной другую шишку. Микула нервничал, все хотел повернуться или подняться, но Степан всякий раз вдавливал его в стул.
— И не приезжал к ней? И соседи тебя не видели?
— Ну, соседи видели… Но я не убивал!
— Как ты узнал мой адрес?
— Так у тебя же нет шапки-невидимки!
— Выследили или Сафрон сказал?
— Да нет, Сафрон сказал, что с тобой ну его на хрен… Даже пацанов своих за нами отправил.
— Куда за вами?
— Когда мы к тебе подъехали, там за нами следили. А пока я к Розе ходил, Тяпа их срисовал. Пасли они нас.
— Сафроновские?
— Ну а кто? Я же к Сафрону подъезжал, спрашивал, где ты Розу держишь. Он сказал, что против тебя не пойдет. И меня предупредил, чтобы без косяков. Ну и пастухов приставил… Я Розу с собой хотел забрать, а она уперлась, не пойду, говорит. А силой взять ее я не рискнул. Чужая территория, серьезные люди, я же не какой-то там беспредельщик.
— Еще и серьезная жена позвонила?
— Да, Валька не в тему влезла…
— А Роза тебя спалила?
— В общем-то да… Но я ее не убивал!..
— Не надо было к ней приезжать.
— Ну не зря же мы тебя выслеживали…
— А поздно чего так подъехал? Я ведь с работы мог вернуться. А говоришь, не беспредельничать приходил!
Степан запросто мог застать Микулу в своей квартире, а нрав у него крутой, могли возникнуть серьезные проблемы, не исключено, что с летальным исходом. Микула это понимал, но все равно ломанулся к Розе, потому что нарывался на драку. Но Степана не было дома, тогда он отыгрался на девушке.
— Да запара у нас возникла, не смогли мы раньше…
— Не верю я тебе! — качнул головой Степан. — А уговор ты наш помнишь.
— Уговор?
— Я ведь убью тебя за Розу. Или ты думаешь, что я шутил? — тихим зловещим тоном произнес Круча.
— Ну так не я ее убил!
Микула снова попробовал встать и развернуться к капитану, но Степан и в этот раз припечатал его к стулу.
— Видели тебя на месте преступления. И ты сам это подтверждаешь.
— Так не убивал я, поэтому подтверждаю!
— Какая у тебя запара была?
— Реальная запара. В смысле, парная. В бане. У вас тут в камерах грязь, а мы к чистоте привыкшие, в баньку поехали, ну, задержались там…
— В баньку?
— Имели права!
— Банька предполагает смену белья.
— Это само собой!
— Футболку чистую надел?
— Понятное дело!
— В ней у Розы был?
— Да!
— И сейчас эта футболка на тебе?
Ольга Сергеевна говорила про белую, как молоко, футболку, именно в такую одет был Микула. И на футболке ни капельки крови. И куртка чистая, и брюки. В машине тоже чисто, во всяком случае на первый взгляд. Эксперты и машину отработают, и одежду, и с рук подозреваемого смывы сделают, и с волос. Кровь лилась щедро, если Микула участвовал в убийстве, он не мог не запачкаться.
— На мне!
И одежда у Микулы чистая, и обувь, а вот о капитане Круче так не скажешь. И на куртке у него кровь, и на обуви. Соскобы уже взяты, очень скоро экспертиза даст заключение, последуют официальные выводы, следователь может принять решение не в пользу Кручи. Именно на это и намекал полковник Кузовиков, оставляя в распоряжении Степана одну только ночь.
— Значит, не убивал Розу?
— Нет!
— А кто там за вами следил? — спросил Круча, вспомнив о машине, о которой говорила его соседка.
— Когда я с Розой говорил?… Может, сафроновские, — пожал плечами Микула.
— На какой машине?
