Эта книга для тех подростков, кто остался один на один с бессонницей. Когда никто не принимает твои тревоги всерьёз, когда помощи ждать неоткуда.Бинна – как ты. Она тоже хочет лишь одного – без проблем уснуть. Но не может.
Эта история призвана повысить осведомленность общественности о проблемах бессонницы среди подростков.
Подростковая бессонница разрушает жизнь многих молодых людей, негативно влияя на их психическое и физическое здоровье. Ситуация в случае взрослых имеет стандартизированный режим лечения. В то же время, лечение подростковой бессонницы варьируется от врача к врачу при отсутствии глубоких научных исследований в данной области. Я действительно надеюсь привлечь внимание к проблеме и верю, что прогресс не стоит на месте, когда есть те, кому не всё равно. Вместе мы никогда не одиноки. Вместе мы сильнее.
Не молчите. Не страдайте в одиночестве. Вы можете думать, что до Вашей жизни и страданий никому нет дела, но
«Конечно, ты можешь звонить ей в любое время дня и ночи. Брианна всё равно никогда не спит.»
Почему, когда ты оказываешься в беде, все словно бы сводят на нет то, что с тобой происходит?
Глупости, ты просто перепутала день с ночью! Да ты всё выдумываешь—как можно ночами не спать? Организму нужен отдых. Это ты из-за постоянной ночной работы и стресса просто привыкла ложиться под утро. Попей валерьянки несколько дней. И ешь уже, наконец, нормально! И не сиди за компьютером по ночам! Синий цвет возбуждает мозг! Ничего страшного не происходит, вечно ты преувеличиваешь!
Белый шум… Шшшшш…
Занавес. Аплодисменты.
Что может быть хуже дня, когда ты растёшь в семье алкоголиков? Только ночь.
За весь день твою детскую психику они словно бы не успели уничтожить, и принимаются ночью.
«Брианна, встань, поднеси то, поднеси это. Брианна, посиди, поговори со мной. Брианна, ты растёшь таким ничтожеством, ты ни на что не годишься! Только и умеешь читать свои тупые книжки, а хозяйка из тебя никакая!»
Слушать мнения и льющиеся на тебя чёрные ядовитые речи ночи напролёт. Ты боишься спать, потому что тебя могут позвать, а если ты вдруг не услышишь, будет только хуже. Ты не можешь спать, потому что страхи и постоянно звенящие голоса в твоей голове порождают всепожирающих монстров в твоём сознании. Ты не хочешь спать, потому что можно иногда насладиться минутами блаженной тишины, когда за день они всё же перепили и устали, и отвратительные моменты дня, когда каждую секунду приходится бороться за нормальное существование без упрёков и издевательств, наконец, скрываются под могущественной пеленой ночного неба, озарённого луной, которой ты можешь доверить все свои секреты.
Как же опьяняет заключённого воздух вне тюремных стен! Он чище, он словно исцеляет лёгкие каким-то великолепным зельем, и снова хочется жить! Как удивительно чувствуешь себя, вынырнув из воды и глотнув свежего, слегка покалывающего лицо воздуха, после прыжка в водоём! Как подкашиваются ноги от вдыхания запаха цветущей пышным цветом вишни в конце мая!
Они—там, а я—тут.
Они бессильны тут. «Брианнааааааа!» кричат.
Не слышу. Ничего не слышу. Я буду там, там же, где они, но—позже.
А пока я, может, смогу уснуть?
Прямо тут, на воздухе?
Прямо тут, у водоёма?
Прямо тут, у вишнёвого дерева?
«Брианнааааааа!» кричат.
«Иду, иду….»
«Вот тут мы будем жить, дорогая,» со слабой, натянутой улыбкой произнесла мама.
Я недоверчиво смотрела на неё. Она бледна, разбита, неуверенна в себе. Не уверена, что поступила правильно, уйдя от отца. Не уверена, что эта видавшая виды двухкомнатная квартирка в двухэтажном старом домике, слегка косившем влево, ей и дочери будет лучше, чем дома, там, дома.
«Я не могу поверить, что это правда.» Тишина резала мне слух. Я не привыкла к такому. Мне шестнадцать, и это мой последний год обучения в школе. И я проведу его в этой блаженной тишине? Не верю.
«И тем не менее, это правда, дорогая.» Мама обняла меня за плечи и, сама не веря собственным словам, добавила, «больше никто не обидит тебя. Ты тут в полной безопасности.»
«Я так устала…» пробормотала я, вкладывая в эту фразу миллион смыслов.
«Я знаю.» на глаза мамы навернулись слёзы. «Но теперь всё будет хорошо! Мы будет жить, как королевы, да?»
«Да,» улыбнулась я скорее из солидарности.
«Да!» подтвердила мама. «Я пойду поищу, где тут магазины, куплю нам что-нибудь…вкусненького, чтобы… отпраздновать…что мы…одни теперь…без отца…»
«Мам.»
«Одни теперь…»
«Мама.»
«Так, Бри. Всё отлично, мы прорвёмся. Маме просто немного страшно, понимаешь? Я пойду поищу, где тут магазины, куплю нам что-нибудь…»
«Вкусненького. Да, мама, ты уже сказала это.» Мне было больно даже смотреть на неё.
«Да, именно так. Пойду, поищу нам вкусняшек. А ты пока останься в доме. То есть дома. Я мигом.» И она как можно скорее выбежала из дома, чтобы не плакать в моём присутствии.
