Саша и пятеро его друзей отправились отдыхать дикарями на Черное море. Экзотика и романтика! Р
Вперед, сколько хватало взгляда, простиралось море. Синее с бирюзовым отливом, оно лишь по явному недоразумению называлось Черным. Красота необычайная. Стой себе и любуйся им на здоровье. А сделаешь всего один оборот, и вот уже перед тобой вздымаются горы. Но не те суровые и холодные, что влекут к себе альпинистов, готовых жизнь отдать за покорение очередной вершины, а горы совсем другие, небольшой высоты и зеленые, а потому привлекательные для сердца всякого человека.
И люди оценили эти места. Всюду вокруг можно было увидеть крыши домов и домиков, плодовые сады и виноградники. А выше уровня жилых домов начинался настоящий лес, который покрывал горы до самых их макушек. Красивый солнечный пейзаж, наслаждаться которым, казалось, можно было, не уставая, целую вечность.
Край этот издавна славился своим исконным жарким южным гостеприимством, приезжать сюда было одним сплошным удовольствием, а жить тут и подавно было счастьем. Так думали все ребята, тесной студенческой компанией с палатками и рюкзаками приехавшие отдохнуть «дикарем» в окрестности города Сочи. Именно «дикарем», потому что такой вид отдыха почти для всех из них был в новинку, но именно этим он их и привлекал.
— В санаториях со скуки помрешь.
— Пансионаты и отели — дорого.
Да, увы, даже вариант снимать жилье у частников, а питаться в диетических столовых являлся для студентов непомерно дорогим. Не для всех, но для большинства. Меньшинство, конечно, могло бы позволить себе и отели, и рестораны, могло также профинансировать остающееся голодным большинство, но, как водится, по каким-то своим причинам не хотело этого делать. Поэтому большинство проголосовало за отдых в палатках и обеды у походного костерка, а меньшинство милостиво согласилось, что это будет интересный опыт, диковинка, которую забавно будет попробовать.
— Никогда так не отдыхала, — простодушно призналась Ниночка, одна из наиболее ярких представителей «меньшинства». — Хотя папа мне рассказывал, как в юности он с приятелями ездил в походы. Но это было так давно! Я думала, сейчас уже никто так не отдыхает.
Папа у Ниночки занимал какую-то ответственную должность в одной из крупных энергетических компаний страны, он мог бы отправить свою дочь на отдых в любую точку земного шара, но неожиданно одобрил этот спонтанный поход с рюкзаками.
— Как это он тебя отпустил?
Оказывается, папа сказал, что для Ниночки это будет полезным жизненным опытом, который позже она вряд ли уже сможет приобрести. Огромные папины капиталы просто не позволят Ниночке это сделать. Впрочем, надо отдать должное ситуации, Ниночка была дочкой от третьего брака. До нее у папы было еще двое детей — брат и сестра. Потом у папы случилось еще несколько свадеб, в тех браках родились еще трое детей. И сейчас папа встречался с новой пассией, которая была уже беременна и ждала мальчика.
Как водится, интересы папы были сосредоточены на этом еще не рожденном малыше, так что остальные, в большинстве своем очень взрослые дети несколько отошли для него в тень. Наверное, поэтому он так легко согласился и на обычный вуз, очень хороший, но далеко не такой престижный, как западные университеты. И на бюджетную иномарку, которую деликатная Ниночка попросила у папы к поступлению в институт. И даже на этот поход, совсем неподобающий для дочери миллионера.
Но Ниночка хоть и принадлежала к числу богатого меньшинства, человеком была очень славным, жизнерадостным и ничуть деньгами отца не кичилась. Напротив, она охотно разделила бы их со своими друзьями, если бы те этому активно не противились, что крайне огорчало Ниночку.
Вот и сейчас спор разгорелся все по тому же деликатному вопросу.
— Почему вы не хотите сегодня пообедать в ресторане? — возмущалась Ниночка. — Я плачу!
— Потому и не хотим.
— Но посмотрите, как тут мило!
И Ниночка указывала на ресторан, расположившийся на открытой террасе.
— Вид какой! А запахи!
Запахи и впрямь из ресторана доносились потрясающие. А жизнь на природе имела помимо плюсов еще и некоторые минусы. Приобретенное на рынке мясо требовалось употребить в пищу в тот же день, поскольку на южной жаре оно портилось в любом виде, хоть в свежем, хоть в жареном, хоть в печеном. То же самое относилось и к молочным продуктам, и даже к сладостям, которые днем просто плавились, превращаясь в одно сплошное сладкое, но малоаппетитное месиво. В то же время мотаться каждый день на рынок за свежими продуктами никому не хотелось. У друзей были и другие дела, повеселей хозяйственных. Так что ограничивались бутербродами с копченой колбасой, которой жара была почему-то нипочем. Или ели кашу с консервированной тушенкой, приготовление которой не занимало много времени. Но каша хоть и была полезна для здоровья, но сильно надоедала.
