– Джордж! – ахнула я, словно мне на голову вылили ледяную воду. – Где ты слышал это слово?
У Элиота снова заходили ходуном плечи.
Агги предстояло запихнуть его коляску в белый вэн.
– Миссис Майлз строгая, да? – Она рылась в большой кожаной сумке, отыскивая ключи от машины.
– Ее вообще нельзя близко подпускать к школе. Не думаю, что она любит детей. Помочь? – спросила я.
– Нет, мы уже профи в этом. – Она открыла дверь багажника и нажала кнопку на пульте. Выдвинулась рампа с полосами для колес кресла. Джордж стоял и смотрел как завороженный.
Она втолкнула Элиота в машину и закрыла дверь.
– Пока, Элиот!
Джордж прижался лицом к стеклу и начал строить рожицы. Я оттащила его от машины за рукав его темно-зеленого джемпера. Агги наблюдала за нами и удивлялась, почему я не могу справиться с сыном. Я видела это по ее глазам. Элиот показал мне средний палец. Я заморгала, не веря своим глазам.
– Отвали, – сказал он мне одними губами, ударил ладонями по своему креслу и с ехидной улыбкой облизал губы.
– Джордж! – крикнула я сквозь шум динамика. – Убавь звук. Что случилось с Элиотом?
– Что? – крикнул он мне.
Я сама отрегулировала громкость.
– Почему он в инвалидном кресле?
– У него ноги не работают так, как надо, – простодушно сообщил мне сын. – Мам, это так же, как моя голова? Она тоже не работает так, как надо. Но ведь она у меня все время слишком занята, правда? А у Элиота ноги все время ничего не делают.
Сегодня Финн был на дежурстве, но уже ему пора бы вернуться. Двенадцатый час. Я лежала в пижаме под одеялом на нашей широкой двуспальной кровати. Мягкое сияние согревало белую спальню. На деньги, которые мать Финна подарила нам на Рождество (Гвен пришлось выписать новый чек), я купила новую лампу со стеклянной колонной и белым плиссированным абажуром. В нашей спальне, кроме белого, только оранжевый и желтый, да еще бледно-голубые цветы на шторах и ярко-розовый табурет возле моего туалетного столика. Я разговаривала с Тианой по телефону.
– Да, как прошло твое свидание с мистером Шатлкоком? Прости, это было уже давно, а я так и не спросила. – Ясно, что оно не оправдало надежды, иначе я бы услышала о нем.
– Очередной провал. Он страшный зануда, помешанный на гигиене.
– О! – воскликнула я, по-моему, больше разочарованная, чем она.
– Кларки встретил кого-нибудь?
– Нет.
Я услышала вздох облегчения. Эта новость утешила Тиану не хуже, чем горячий пудинг, ведь это означало, что она не одинока в своих попытках найти подходящего, душевного друга.
– Все дело в том, что он до сих пор привязан к тебе, верно?
– Ох, ладно тебе!
– Все вокруг это знают, кроме тебя, хотя ты тоже наверняка знаешь. Как там Финн? Он объявил всему миру о том, что у вас будет ребенок? Мне он нравится, но, боже мой, с ним иногда тяжело, верно?
– Теперь он убежден, что я не хочу ребенка. Вроде как задета его гордость, потому что я не хочу его ребенка, но это неправда.
Тут в замке повернулся ключ.
– Он вернулся, – быстро сказала я подруге.
– Иди. Потом еще поговорим.
Финн взбежал по лестнице. Я услышала, что он сначала заглянул к Джорджу. Наконец он поставил портфель и лег на кровать рядом со мной, сбросив ботинки.
– Что-то ты поздно, – сказала я.
– Я выпил с Кристо. Мы с ним посидели до закрытия.
– Ты даже не позвонил домой.
– Неужели я должен звонить по разным мелочам?
– Финн, что на тебя нашло?
– Как тебе сказать? Иногда я не понимаю, зачем я работаю врачом.
– Потому что ты хороший врач.
– У меня была на лечении молодая девчонка, которая нюхала так, что туши свет.
– Это как-то влияет на сердце?
– Суживает артерии; может случиться спазм. Если пациент увлекался наркотиком недолго, все постепенно приходит в норму, но в случае с этой девчонкой… о господи. Сегодня я потерял пациентку – сердце у нее остановилось. А ведь ей было лишь двадцать два года. Черт побери!
Я дотронулась до плеча Финна, стала ласково растирать его.
– Как жалко.
– Эх, такая работа. За нее мне и платят столько денег. Говорить родственникам, что мы не смогли спасти их близких. – Он повернулся лицом ко мне, в его глазах я увидела усталость и безнадежность.
– Я уверена, что ты сделал…
– Мы были обязаны спасти ее.
– Ты доктор, а не Господь Бог. И ты сделал все, что в твоих силах, чтобы спасти ее. У меня нет никаких сомнений.
Он грустно вздохнул и покачал головой.
– Джей, я знаю, что ты пытаешься мне помочь. Но ты даже не знаешь, каково это.
– Нет, не знаю, – призналась я. – Могу только представить себе. – Я хотела взять его за руку, но он вырвал ее и поморщился. Его мысли были где-то далеко. Вероятно, с той двадцатидвухлетней девицей.
– А что у вас? Как прошел день? – рассеянно поинтересовался он.
Я описала ему, как мы провели первый день после каникул и как познакомились с Элиотом и Агги.
– Я уже устала, а ведь прошел всего один день.
– Ты говоришь это, чтобы я почувствовал себя виноватым, что ты беременная?
– Что?
– Ты пытаешься еще раз сказать мне, что тебе меньше всего нужен второй ребенок?
– Нет, не пытаюсь, – медленно ответила я. – Ты извращаешь мои слова. – Погасив свет, я отвернулась от него и закуталась в одеяло. – Я буду спать.
