– Я могла бы пойти и одна, судя по интересу, с каким ты смотрел. Ты заснул через пять минут.
– Я ведь встал еще до рассвета, – пробормотал он, понимая, что Лорна права.
– Что, мадам опять не появилась? Говорят, она стала настоящей леди; мотается в Скарпертон два раза в неделю. Я слышала, что у вас там трудные дни? Люди видели, как она вечером заходила в «Золотого льва», это было в рыночный день, – добавила Лорна.
– Не говори глупости. Миррен трезвенница и всегда ею была, – рассердился Бен.
– А мне рассказывали другое, – усмехнулась Лорна. – Она смело заходила туда, безо всякого.
– Я думал, что вы подруги, – сказал он, чувствуя, как от такой новости у него бешено участился пульс. – После всего, через что она прошла, я не осужу ее, если она выпьет портвейна с лимоном… Кто там треплется об этом?
– Ты его не знаешь, но это точно так и есть. Так что лучше иди и спасай свою огорченную мамзель, пока она не стоптала в поездках свои дорогие кожаные туфли.
Такая Лорна ему не нравилась.
– Если хочешь, пойдем вместе, – предложил он.
– Что? Быть третьей лишней? Я не слепая. Всем известно, что ты предан ей как щенок. Я не стану играть вторую скрипку в ее игре. Давай, действуй!
– Ой, Лорна, – забормотал Бен, не зная, что и сказать. – Извини, если я испортил тебе вечер. Я все исправлю.
– Нет уж, с меня хватит. Я устала от твоих бесконечных извинений. Ты всегда занят, если не на ферме, то на той развалюхе, которую ты отстраиваешь.
– Кто сказал тебе об этом?
– Какая разница? В Уиндебанке все знают про всё. Мне очень жалко Джека и Миррен, у них страшное горе. Нам всем жалко. Но скоро они снова станут жить вместе, и я не думаю, что ты захочешь подбирать крошки у них под столом, – выпалила она. В ее глазах стояли слезы.
– Раз ты так считаешь… – Бен вздохнул и внезапно почувствовал страшную усталость.
– Да, так, и мне грустно, что ты никогда не замечал прежде моих настроений и не заметишь, пока твоя девушка с «Края Света» гуляет без мужа. Осторожнее, Бен, ты можешь получить больше, чем просишь, встревая между ними. Масло и вода не смешиваются, вернее, виски и вино, – сказала она и с этими словами вошла в калитку, отперла ключом входную дверь и с грохотом захлопнула ее за собой.
Бен медленно ехал на грузовике с зажженными фарами и всматривался в темноту, пытаясь разглядеть Миррен. Уж не станет же она голосовать и просить, чтобы ее подвезли. Ведь она пока еще в своем уме? Или нет?
Он заметил ее в трех милях от Скарпертона. Она шла босиком и несла в руках туфли и корзинку, словно возвращалась с рынка. На голову был намотан шарф, а на него нахлобучена шляпа.
– Садись! – крикнул он, высунувшись из кабины. – Какого черта ты идешь пешком в такой час? Хочешь, чтобы тебя сбили?
– Все в порядке, – улыбнулась она. – Решила прогуляться на свежем воздухе. Я пошла в кино и заснула на середине фильма. – Она улыбнулась еще шире, глядя на дорогу, не на него, и он понял, что она лжет.
– Что ты смотрела? – отрывисто спросил он, зная, что в «Плазе» тоже шла «Короткая встреча».
– Ой, не помню, какой-то ковбойский фильм, такой занудный, что я задремала. Меня разбудила билетерша. – Она вздохнула.
– Не ври. Ты была в пабе и пила.
– Ты что, Бен? Что ты говоришь? Тебе же известно, что я не пью и никогда не хожу в такие места, – ответила она, не моргнув глазом.
– Тогда почему тебя видят в «Золотом льве»? Причем регулярно? – Его голос дрожал от злости.
– Просто я заходила туда, чтобы продать яйца. Разве я не говорила тебе? Ну, я выпила совсем чуточку. – У нее на все был ответ.
– Ты выпила не одну порцию, а две или больше. От тебя несет виски и сигаретным дымом. И я это не придумал.
– Нет-нет, одну, чтобы согреться, – залепетала она. – Я замерзла, да и встречи с Джеком такое напряжение для нервов… По-моему, это меня успокаивает. Никакого вреда в этом нет…
– Знаешь, Миррен, пудри мозги кому-нибудь другому. Я не вчера родился и знаю, что к чему. Так рисковать, как ты сегодня, можно, только сильно набравшись, – заявил он. Его руки крепко сжимали руль.
– Ой, заткнись! Не будь занудой. Ты говоришь как наш учитель из воскресной школы. Тебя мисс Лорна отвергла? Я испортила тебе вечер?
– Миррен, ты говоришь не о том. Если у тебя проблемы, давай поговорим о них, – взмолился он. – Не надо загонять их в бутылку. Ничего хорошего из этого не получается. Сколько раз ты сама говорила мне об этом? Что это лекарство для дураков.
– Нет, неправда, оно мне помогает. Сейчас это мое единственное лекарство. Оно успокаивает меня, помогает заснуть, забыть весь тот ужас… В паре стаканчиков нет никакого вреда, и это никого не касается. – Она скрестила на груди руки, то ли бросая ему вызов, то ли защищаясь – он не очень понял.
– Нет, это меня касается, я потратил бензин на эту поездку. Не кажется ли тебе, что я мог бы заняться чем-то другим, более полезным? А то гоняю среди ночи по дорогам, ищу тебя…
– Я не просила тебя ездить за мной. Прости, прости меня. Достаточно я извинилась? А сейчас заткнись, дай мне поспать.
