По версии Крупа выходило, что Закир попытается взорвать вертолет, только не на охраняемой вертолетной площадке на территории Истры, а там, в заповеднике. От полиции он ждал активных действий, но что-то там пошло не по плану, разрешение на проведение задержания не получили, или даты неверно просчитали, не важно. Важно то, что в назначенный день на территорию заповедника не отправили ни одного оперативника, не говоря о спецназе. А Закир свое дело выполнил без волокиты и душевных терзаний. Вертолет Крупа взорвался в воздухе, идентифицировать оказалось нечего. Обломки вертолета и те едва нашли.
На Закира у полиции ничего, кроме подозрений Крупа, не было, и найти не удалось. Закир какое-то время посидел, не высовываясь, а потом начал прибирать к рукам бизнес Крупа. Самого же Крупа зачислили в пропавшие без вести, предположительно убитым. Искать его больше никто не искал, частей тела не находил, и вскоре о Крупе просто забыли, сдав «висяк» в архив. Убиваться по поводу смерти криминального авторитета никто не собирался.
– Это все, что касается Рогоза и Крупа, – добравшись до конца, заявил Елоховский.
– А Шибаева? Что можете сказать про нее? – напомнил Гуров.
– Шибаева? Да особо говорить нечего. Вызывали в отдел чисто для проформы. В расследовании она ничем помочь не смогла, так как делами любовника не интересовалась. Убитой горем не выглядела, скорее раздосадованной.
– Раздосадованной? – переспросил Лев.
– Еще бы ей не досадовать. Кормушки лишилась, жилья практически тоже. Про перспективы я вообще молчу, – пояснил Елоховский. – Если честно, непонятно мне было, чего она расстраивается? С ее внешностью она себе таких, как Рогоз, с десяток разом наберет. Красивая женщина – это ведь как красное переходящее знамя. Всегда найдется тот, кто это знамя заслужить захочет.
– Выходит, не захотели. Насколько я понимаю, нового богатенького любовника она себе не завела.
– Так-то да. Впрочем, кто ее знает, где она теперь? Может, у шейха какого-то живет. В Анталии, например, или в Греции. Где-нибудь в Патрах или Салониках. И любовники у нее теперь не русское быдло, а греческое дерьмо. – Елоховский хмыкнул собственной шутке. – Она ведь действительно красивая женщина.
– Есть вероятность, что девушка все еще в Истре, – заявил Гуров.
– Возможно, – не удивился капитан. – Тогда у Рогоза живет, пойти ей больше некуда.
– Не помните, у Ляли есть в городе подруги?
– Чего не знаю, того не знаю.
– Скажите, этот человек вам знаком? Возможно, он входил в банду Крупа, или каким-то образом их интересы пересекались.
Гуров достал фото Гудини. Елоховский долго его изучал, затем отрицательно покачал головой и вернул снимок.
– Нет, в банду он точно не входил. Лицо вроде знакомое, но ярких ассоциаций не вызывает. Смутные, размытые, как, например, когда встречаешься каждое утро с человеком в метро. Вроде бы и видишь его, и черты лица примелькались, а при случае не вспомнить, откуда он тебе знаком. Может, просто похож на кого-то, а может, память шутки шутит.
– И все же попрошу вас на досуге подумать. Снимок оставлю, вдруг что-то всплывет. Если что-то вспомните, не сочтите за труд позвонить, – произнес Лев и вручил Елоховскому визитку. – И последний вопрос: как считаете, Ляля могла бы отомстить обидчикам своего любовника?
– Отомстить? Это каким образом? Убить, что ли? – выпучил глаза Елоховский.
– Любым способом.
– Вряд ли. Зачем ей это? Думаете, она настолько безумно любила своего бритоголового Рогоза? Нет, товарищ полковник, подставлять себя она бы ни за что не стала.
Пришлось Гурову удовлетвориться таким ответом. Стройная версия, где Ляля выступает в роли убийцы-палача для его обидчиков, разлетелась на куски, так и не получив продолжения. Сверившись с часами, он выгнал автомобиль на проезжую часть. Встречаться с друзьями и родственниками Крупа Лев не собирался. Все равно от таких встреч пользы никакой. Вместо этого он решил потратить время на помощь Стасику. Узнал по телефону адрес Рогоза и отправился туда.
Квартира, где ранее жил Дмитрий Рогозин, располагалась не в самой Истре, а в пригородной деревушке под названием Высоково, в жилом комплексе, состоящем из целого ряда домов. Район Гурову знакомый, до агрогородка и трех километров не наберется. Да и от города ехать ненамного дальше, на автомобиле меньше десяти километров. Такое расстояние, да еще без помех в виде лейтенанта Марченко, Лев преодолел шутя.
На территорию комплекса попал не сразу. Охранник на въезде долго и нудно изучал удостоверение полковника, затем пытался связаться с хозяином квартиры, чтобы доложить о посетителе, а когда получить ответ не удалось, решил отказать полковнику в доступе. Но тот не напрасно ел свой хлеб, поэтому спустя десять минут споров и убеждений Гуров уже поднимался на восьмой этаж новостройки.
