Конечно, я ожидала увидеть того длинноволосого парня, плывущего по рукам, из видео, которое смотрела накануне ночью. Но его снимали восемь лет назад, и с тех пор многое явно изменилось. Он стал совсем не похож на рокера, скорее на футбольного фаната хорошо за тридцать: среднего роста, широкоплечий, с массивным подбородком. Крис был одет в униформу английского рабочего класса на выгуле — белые «Адидас ориджиналс», узкие черные джинсы, поло с лавровым веночком. Меня неизменно удивляет, насколько массовой остается странная модская культура в Британии, все эти стрижки, рубашки, музыка. Крис рассказывал что‐то невероятно веселое, судя по тому, как он стучал ладонью по стойке в конце фраз и слегка подпрыгивал от переизбытка энергии. Он был каким‐то нервным и резким, как будто перепил кофе и давно не спал. Его лицо ни на секунду не оставалось спокойным. Если бы он не был нужен мне для дела, я бы даже не подумала приближаться к нему. Подумаешь, пропитый мужик на десять с лишним лет меня старше, думала я в тот момент. Стоило ли ради него мыть голову?
Народ все прибывал. Я начала медленно пробираться к бару и поближе к Крису. Наконец я оказалась у стойки через два человека от него и принялась наблюдать. Нужно было как‐то привлечь его внимание, заговорить с ним. Безрезультатно я пыталась поймать его взгляд: прозрачно-голубые глаза ускользали от меня, как лед в стакане с водкой. У него был приятный голос, но ужасный акцент, который делал речь невнятной. Крис говорил не на кокни, который я волей-неволей научилась неплохо понимать благодаря ежедневным поездкам в метро. Нет, это был настоящий дворовый британский английский, как у детей из кварталов социального жилья, тот самый, который пародируют комики на ТВ, и речь шла о футбольной премьер-лиге. Я невольно закатила глаза.
Внезапно я почувствовала, как народ в зале взволнованно зашевелился. Рядом со мной у стойки появился мужчина в бархатном блейзере с волосами цвета имбиря и тонкими чертами лица. Он напоминал университетского профессора — усталый взгляд умных глаз за очками в толстой оправе, аура спокойствия и легкого превосходства. Его лицо казалось знакомым, но я не смогла вспомнить, откуда его знаю. Он попросил извинения за то, что толкнул меня, хотя вовсе и не толкал, а только слегка задел своим бархатным рукавом. Я кивнула. Затем он повернулся к Крису и произнес громко и отчетливо:
— Эй, Крис! Привет, мейт! — Он сделал рукой жест, означающий в Англии предложение выпить, а по российским меркам больше похожий на оскорбление.
Крис машинально, не прерывая бурного монолога, поднял свою почти полную пинту, демонстрируя, что у него пока есть что пить. Но через секунду он резко замолчал и устремил на незнакомца ошарашенный взгляд.
— Ты какого хрена тут делаешь? — Глаза Криса моментально налились яростью.
— Меня пригласили на открытие. Это же историческое событие, мейт! Решил поддержать, да и тебя послушать.
— Засунь свою поддержку откуда вытащил и катись отсюда, — прошипел Крис сквозь стиснутые зубы.
Кто‐то из стоящих рядом мужчин положил ему руку на плечо, пытаясь умерить нарастающий гнев.
— Крис, ну не заводись так сразу. Может, пойдем покурим? — не теряя самообладания, предложил незнакомец.
Мне было видно лицо Криса, и оно предвещало бурю.
— Я с тобой никуда не пойду, — процедил он сквозь зубы, потом весь сжался и задрожал, точно полицейская овчарка, готовая вцепиться в горло.
Все вокруг замолчали.
— Старик, ну что ты, это же я. Ну давай! Ради старых времен выпей со мной и давай пообщаемся. Подумай, прошло столько нет. Сколько еще ты намерен избегать этого разговора? Есть кое‐что важное…
Он не успел договорить, потому что Крис одним прыжком подлетел к нему, обхватил его затылок и со всей силы ударил его лицом прямо о барную стойку. Все произошло так быстро, что никто даже не успел вмешаться. Все ахнули. Кто‐то выругался. Крис стоял над незнакомцем, чье лицо приземлилось прямиком в лужу разлитого пива, и сверкал глазами.
— Ну что, выпил за старые времена? А теперь убирайся отсюда, — сквозь сжатые зубы процедил Крис.
Вокруг них образовалось кольцо, как на концерте в мошпите перед началом самого быстрого трека. Я оказалась в первом ряду. На секунду я подумала, что незнакомец ответит ему. Судя по всему, он и сам был не уверен в исходе. Но нет, он лишь, слегка пошатнувшись, распрямился, вытер салфеткой мокрое лицо и вышел прочь, расталкивая толпу бархатным плечом. Народ зашептался. Лицо Криса было багровым от гнева. На стойке виднелись мелкие бурые капельки крови, которые медленно растворялись в луже лагера.
Между тем наступило время выхода на сцену второго из четырех заявленных исполнителей. Я подумала, что пауза станет отличной возможностью представиться Крису и поговорить с ним, но, глядя на его потухшие глаза и азарт, с которым он уничтожал одну пинту «Стеллы» за другой, поняла, что лучше пока сохранять дистанцию. «Стеллу» пьют парни, которые избивают своих жен, ведь так говорят?
