– Нога в гипсе? А…
– Нога сломана, бегать не могу, хожу с трудом. Буду сидеть в кафе за столиком, ногу выставлю в проход. – Не удержался: – Искал в лесу спрятанный труп и сломал ногу.
Ему показалось, Галина Андреевна охнула…
Сплошной сюр, однако.
Монах взял с тумбочки дневник Ии и принялся читать, открыв наугад. При этом он прочитывал вслух некоторые пассажи и комментировал. Сильный характер… девичья восторженность… любовь вполне платоническая… а он что? Неужели устоял? Молоденькая глупышка… и весь из себя умудренный провидец… был выше? Упивался? Тоже платонически? Не пишет, почему ушла… Поняла, что любить бога трудно? Захотелось простого человеческого счастья? А тут все время надо стоять на коленях и громко восхищаться… все громко восхищаются и громко вопят… приходится быть громче. Конкуренция, однако. В основном представительницы слабого пола… великий гуру, семинары… Кстати, интересно, что за семинары. Ну-ка, ну-ка…
Монах открыл страничку йога-центра «Асана». Вот оно! Информация. Семинары, расписание, цены. Плата за курс, банковский счет. А как же! За удовольствия нужно платить, причем деньги вперед. Причем немалые. Сначала деньги, потом дух.
Три ступени. «
Физические занятия. Ведут два тренера, Инду и Кришна, молодой человек и девушка, приятные молодые лица. Немыслимые позы, немыслимая гибкость членов. Видимо, Ия делала то же самое.
Фотографии с сессий и семинаров.
Одухотворенное лицо гуру Венкаты, поза лотоса, глаза закрыты. Восторженно внимающие учни – как было сказано выше, в основном женщины среднего возраста.
Записаться разве, подумал Монах. Впитать благодати. Он посмотрел на ногу в гипсе…
Венката ему не нравился. Альфонс, любимец женщин, ряженый в бусах и локонах. Кроме того, вовсе не индиец. С акцентом! Монах подозревал, что он йогу тоже не нравился. Нелюбовь с первого взгляда, так сказать.
Он снова принялся перелистывать дневник Ии и обратил внимание на то, что всякая новая запись начиналась на отдельной странице. То есть любую страницу можно запросто вырвать, не оставляя ни малейших следов. И что бы это значило, озадачился Монах…
Мир начался с женщины. Мир мужчин скучен и сер. Мир женщин, наоборот, полон красок и звуков. Представьте себе мир, населенный одними мужчинами! Нет, лучше не представлять. Марина, Диана… даже Анжелика! Букет!
Философические рассуждения Монаха были прерваны хором из «Аиды» – позывными Добродеева.
– Христофорыч, переоденься, буду через полчаса не один, а с дамой.
– С Мариной?
– Нет. Сюрприз. И расчеши бороду.
– Бегу! Скажи хоть, хорошенькая?
– Хорошенькая. Будь готов, Христофорыч!
…Она действительно оказалась прехорошенькой!
– Леночка Суходрев! – объявил Добродеев, появляясь на пороге гостиной, пропустив вперед тоненькую маленькую девушку в коротком кружевном платьице со встрепанной головой. – Прошу любить и жаловать. Мой друг Олег Монахов, философ и экстрасенс.
Монах стоял навытяжку, с восхищением разглядывая гостью.
– Леночка! Рад, рад, весьма. – Он уронил голову на грудь и попытался шаркнуть ногой в гипсе – поклонился.
– Вы правда экстрасенс? – спросила девушка. Голосок у нее был звонкий и приятный.
– Не слушайте Лешу, – привычно вырвалось у Монаха. – Так, практикую в узком кругу, для себя.
– Здорово! Я тоже знаю одного экстрасенса…
– Не Венкату случайно? – спросил Монах.
– Вы его тоже знаете? Только я думаю, он никакой не экстрасенс!
– А кто?
– Просто гуру. Жил в Индии, выучился на йога. А экстрасенс это вроде таланта, уродился таким.
– Садитесь, Леночка. Леша, как насчет легкого ужина в домашней обстановке?
– У нас все есть. Через пятнадцать минут прошу к столу.
– А про что вы хотели поговорить? – спросила Леночка. – Леша сказал, у вас ко мне дело.
– Леночка, вы дружили с Ией Рудник…
– Дружила! Мы учились в одном классе, сидели вместе. И на художественной гимнастике тоже. Бедная Рутка!
– Рутка?
– Она называла себя Рутой. Это такая трава ядовитая, вроде мяты, она рассказывала. Рутка увлекалась всякими страшилками, всякой мистикой, потому и пришла к Венкате. Носила всякие амулеты с черепами и крестами…
– Она была из этих… готов?
