В канцелярии богоугодного заведения Микаэль представился женщине лет тридцати и объяснил ей, что его интересует. Вначале она отнеслась к нему настороженно, но под конец поддалась уговорам. Микаэль проследовал за ней в гостиную, где в течение получаса показывал фотографии многим обитателям дома в возрасте от семидесяти и старше. При всем своем желании помочь, никто из них не смог опознать пару, сфотографированную в Хедестаде в 1966 году.
Около пяти Блумквист снова вернулся на улицу Сульвендан и позвонил к Бурману. На этот раз ему повезло больше. Супруги Бурманы, оба пенсионеры, только что вернулись домой. Его пригласили на кухню, где жена тотчас поставила варить кофе, а Микаэль тем временем изложил суть своей проблемы.
Но в этот день ему вообще не везло. Раскурив трубку, Бурман почесал в затылке и немного погодя заявил, что пара на снимке ему незнакома. Супруги говорили друг с другом на местном диалекте, и Микаэль порою даже не понимал их.
– Но вы совершенно правы, что это логотип нашей фабрики, – сказал Бурман. – Молодец вы какой, что углядели его… Беда только в том, что им пользовались все кому не лень – транспортники, покупатели и поставщики древесины, ремонтники, машинисты и многие другие.
– Надо же, найти эту пару оказалось сложнее, чем я думал…
– А зачем они вам нужны?
Микаэль решил, что если его спросят, он расскажет все как есть. Любые попытки фальсифицировать какие-нибудь истории о людях, изображенных на снимке, звучали бы неправдоподобно и могли бы только помешать.
– Это долго рассказывать. Я расследую преступление, совершенное в Хедестаде в шестьдесят шестом году, и есть вероятность, хоть и крохотная, что люди на снимке могли видеть что-то важное. Их ни в чем не подозревают, и, скорее всего, они и сами знать не знают, что обладают информацией, способной помочь раскрыть это преступление.
– Преступление? Что за преступление?
– Простите, но я ничего не могу больше добавить. Я понимаю, что все это выглядит очень странно. Кто-то вдруг появляется – спустя почти сорок лет и пытается разыскать каких-то людей… Но преступление осталось не раскрыто, и только в последнее время вдруг появились новые факты.
– Понимаю… Да, дело ваше действительно довольно необычное.
– Сколько людей работало на фабрике?
– Обычно в штате насчитывалось сорок человек. Я работал там с семнадцати лет, с середины пятидесятых, и до самого закрытия фабрики. Потом стал товар перевозить.
Бурман немного подумал.
– Могу сказать лишь, что парень на снимке у нас на фабрике никогда не работал. Возможно, он был перевозчиком, хотя я бы его тогда узнал… Но есть и другая возможность. Например, на фабрике мог работать его отец или кто-то из родственников. Или это просто не его машина.
Микаэль кивнул:
– Я понимаю, что есть множество версий. А как вы думаете, с кем бы я еще мог поговорить? У вас есть какие-нибудь идеи на этот счет?
– Есть, – кивнув, сказал Бурман. – Приходите завтра с утра. Мы съездим и пообщаемся с несколькими стариками.
Лисбет Саландер пришлось решать важную методологическую проблему. Она считалась экспертом по сбору информации о ком угодно, но свои поиски всегда начинала с имени и персонального идентификационного номера конкретной личности.
Если объект присутствовал в компьютерной базе данных – а там, как правило, присутствуют все без исключения, – то он быстро попадал в ее паутину. А уж если человек имел компьютер, подключенный к Интернету, адрес электронной почты и, возможно, даже собственный сайт – а почти все персонажи, которые становились объектами ее исследования, имели таковой, – ей не составляло особого труда выведать его самые страшные тайны.
Но работа, которую поручил ей Микаэль Блумквист, требовала совершенно других навыков и качеств. Иными словами, нужно было идентифицировать четырех человек, опираясь на крайне скудные сведения. Кроме того, речь шла о событиях, которые происходили несколько десятилетий назад, а, следовательно, ни в каких компьютерных базах данных этих личностей и в помине не было.
Основываясь на деле Ребекки Якобссон, Микаэль выдвинул версию, что и она, и другие женщины стали жертвами убийцы. То есть они должны были упоминаться в разных незаконченных полицейских расследованиях. Сведения о том, когда и где эти убийства были совершены, отсутствовали; известно лишь, что трагедии произошли до 1966 года. Ситуация требовала от Лисбет применить какие-то совершенно новые методы поиска.
«Ну и что же мне прикажете делать?» – призадумалась она. После чего включила компьютер, зашла на «www.google.com» и сформулировала запрос на тему: [Магда] + [убийство].
Как ни странно, но самый примитивный из доступных вариантов поиска, к изумлению Лисбет, дал неплохой урожай. Первая же ссылка указывала на программу передач «ТВ Вермланд» из Карлстада, которая анонсировала фрагмент из сериала «Вермландские убийства» – он демонстрировался в 1999 году. Потом она обнаружила короткий синопсис программы в газете «Вермландс фолькблад»:
