Я вздохнула, сняла халат и облипку, а потом повернулась к зеркалу. Вообще-то пластырь мне не нужен, но воспользоваться им казалось честнее. Я разорвала пакетик, развернула пластырь и осторожно положила его на синяк. Убедившись, что все на месте, потянула за петельку активации и вскрикнула, когда края пластыря прикрепились к коже, а внутри полилась ледяная жидкость.
– Раз, два, три… – Я послушно следовала инструкции и досчитала до двадцати, прежде чем одеться. Как всегда, жидкость чувствовалась чем-то странно холодным и чужеродным под обычной одеждой. Я взяла файндер и посмотрела на время. Мы вернулись в купол немного раньше обычного, так что я могла еще отдохнуть в комнате.
Я легла на кровать и стала баловаться с файндером, проверяя почту и состояние своего счета, а затем открыла голограммную галерею, похожую на ту, что показал мне Плейдон на раскопе. Разумеется, я смотрела не на головы студентов с этого курса, а на своих друзей из Следующего шага, а также на Кэндис и других взрослых, которые играли важную роль в моей жизни. Я была одна среди крыс, не зная, считать злодеями их или саму себя. В подобном настроении я скучала даже по директору Следующего шага.
Я как раз пустила голограммные головы в хаотичный полет по комнате, когда раздался стук в дверь.
– Открыто, – закричала я.
Дверь распахнулась, я потянулась было выключить голограммы, но поняла, что в этом нет нужды. Кто отличит головы гражданских от военных?
– Плейдон спрашивает, не нужно ли принести тебе еды.
Я думала, что это снова Далмора, но пришел Фиан, который переводил взгляд с меня на парящие головы и обратно.
– Не нужно, я приду в зал и поем там. Далмора зря перепугалась. Синяк не такой уж страшный, просто из-за него я толком не спала прошлой ночью.
Фиан нахмурился:
– Если бы я быстрее среагировал, убрал бы тебя прочь от падающей стены…
Теперь мне стало по-настоящему стыдно.
– Ты здесь ни при чем. Я отметила камни, и отступила, чтобы дать подъемникам их перенести, и подошла слишком близко к стене, которая оказалась не такой устойчивой, как выглядела. Я совершила дурацкую ошибку, а ты очень быстро среагировал и не дал мне попасть под обломки.
Фиана я, похоже, не убедила, но он кивнул и сменил тему, махнув рукой в сторону голов:
– Среди них есть Иссетт?
– Да. – Я показала.
– А Кеон?
Я показала Кеона.
– Вы совсем непохожи. – Фиан выглядел озадаченным.
Какая же я идиотка! Забыла, что назвала Кеона братом. Стоит только на него взглянуть, как сразу понятно, что мы не родственники. Разрез глаз…
– Он приемный, – добавила я еще одну ложь к уже наговоренной куче вранья. – Его родители были хорошими друзьями моих, так что когда их убили…
– А, ясно.
Я схватила файндер, свернула голограммную галерею и встала:
– Пойдем обедать.
На обеде я не знала, куда деваться. Плейдон спросил, помогает ли пластырь. Фиан принес мне еду. Далмора оповестила всех, что у меня ужасный синяк. Амалия предложила приготовить травяной чай с Миранды, ее родной планеты, якобы способный снять не только усталость, но и похмелье. Даже злодей Крат без конца таскал мне газировку – да в таких количествах, что не осилит ни обезьяна, ни нормал.
Наконец обед закончился, и все – кроме раненой бедняжки Джарры, которой даже встать не дали, – расставили столы и стулья для лекции. Плейдон придерживался разумного распорядка: утром мы работали на раскопках, а во второй половине дня слушали теорию. Бронекостюм выматывает и сам по себе – каждое движение в нем требует усилий, а через несколько часов неизбежно начинаешь чаще ошибаться.
Понятия не имею, о чем Плейдон рассказывал первый час. Я бы не услышала, даже говори он о доисторическом сексе. Бок не болел, но я так устала, да еще изнервничалась из-за суеты вокруг обычного синяка, что сосредоточиться оказалось невозможно. Я прокручивала в голове все, что произошло с начала курса. Какого хаоса я устроила этот кавардак, и как мне теперь выпутаться? Только когда весь курс начал чуть ли не подпрыгивать от возбуждения, я очнулась и вернулась к окружающим.
– Это было бы просто отпадно! – с энтузиазмом воскликнул Фиан.
– Да-да! – закричали все.
О чем они, хаос побери? Я навострила уши и попыталась уловить, что же пропустила.
– И я так думаю, – согласился со студентами преподаватель. – Конечно, предполагается, что мы должны изучать доисторию, а это более поздний период, но я тоже не в силах устоять. Я ждал его не меньше, чем вы. Так что, Далмора, давай. Публика в нетерпении.
Все выпрямились на стульях из флексипласа, не сводя глаз с Далморы, которая встала и вышла вперед. Она включила большой настенный экран, вставила чип и запустила воспроизведение. На стене замелькали какие-то странные белые символы.
– Копия сделана сразу после редактирования, это монтажные коды, – пояснила альфийка. – Само видео начнется через минуту.
Она вернулась на место. Теперь-то я поняла, что происходит. Далмора, вероятно, получила копию нового видео своего отца. Только из-за этого всех мог охватить такой ажиотаж… Полный улет!
