– Я только одного не могу понять, как ты могла так быстро прийти в себя? Когда я тебя подобрал, ты вздрагивала при каждом слове. Уснуть в машине боялась, что в целом было разумно, а теперь болтаешь без умолку так, словно мы и вправду сто лет знакомы.
– Просто когда ты меня высадил и я там осталась одна, я вдруг поняла, что ты – единственный человек в этом мире, которого я знаю. Получается, я только тебе и могу доверять. Ты не против, если я немного посплю, Дима? Как непривычно. Я уже привыкла к Макару.
Катя зевнула и укрылась темно-серым пледом, сон сморил ее практически сразу.– Нет, теперь Дима, раз у нас вышла долгосрочная история. Возьми плед сзади, уютнее будет. И справа рычаг есть – разложи кресло. Нам еще далеко, успеешь поспать. – А куда мы едем, кстати? – Пока просто прямо, в сторону пункта назначения. Но раз у нас сегодня юбилей, пусть и фиктивный, надо заехать в какое-нибудь красивое место по дороге. Там где-нибудь и остановимся на пару дней.
Макар-Дима, убедившись, что она больше не реагирует на звуки, достал из кармана листок с записанными тремя телефонными номерами. Держа руль одной рукой, он развернул сложенный вчетверо листок. Три номера. Три варианта. Он выбрал третий. Снова оглянулся на Катю. Плед соскользнул с плеча. Он поправил его, но ее сон был уже глубоким, и она не шелохнулась.
«Как она отреагирует, если узнает?» – подумал он, отправил сообщение и отложил телефон.
Катя ничего не услышала. Она спала.
А он думал, что ее жизнь только что изменилась сильнее, чем она могла себе представить.
Сон пошел Кате на пользу, она выглядела отдохнувшей. Навигатор сообщил, что до места назначения осталось пять километров, и приятный женский голос предложил свернуть с трассы направо.
Они въехали в большой поселок, где дорога поворачивала почти каждые триста метров. Голос навигатора наполнял салон, подсказывая направления на перекрестках и не оставляя пространства для разговора. Стоило выехать из поселка, как Катя повернулась к своему попутчику:
– Макар… то есть Дима! Никак не могу привыкнуть. Но ты сам виноват, что назвался выдуманным именем. Скажи, вот это придыхание и манящий призыв в голосе навигатора – это обязательная опция? Если бы я была настоящей женой, ни за что не согласилась бы ехать всю дорогу с мужем и слушать вмешательство какого-то чужого женского голоса.
– А мне казалось, что он очень милый. Женственный, даже слегка соблазнительный. Будоражит воображение и не дает уснуть за рулем.
– Я не против, но если должна играть твою фиктивную жену, то предлагаю сменить его на что-то более нейтральное.
– И что ты считаешь подходящим?
– Что-нибудь без лишней нежности. Кстати, ты так и не сказал – куда мы едем?
– Пока ты спала, я нашел здесь неподалеку шикарное озеро. Заночуем в гостинице на берегу. Завтра займемся подготовкой легенды.
Он заметил, как Катя вздрогнула и прикусила губу.
– Два номера нам не снять, мы женаты год и у нас сегодня юбилей. Поэтому я забронировал двухкомнатный люкс и праздничный ужин в номер. Не забудь изображать неземную любовь при заселении.
– Зачем? Мы же еще не прибыли туда, где это потребуется.
– Театр начинается с вешалки. Наше представление – уже сейчас. А если мой работодатель решит проверить, действительно ли ты моя жена?
– Наймет детектива, чтобы проследить наш маршрут? Ты в своем уме? И вообще, работа, на которую берут только женатых, звучит абсурдно.
– Ого! Какой спич! Откуда такая эмоциональность?
– Не знаю.
– Не дает мне покоя эта перемена в тебе. Тебя точно никто не попросил с утра броситься мне под колеса?
– У нас ничего не получится, Макар-Дима! Мы еще не доехали, а ты уже не доверяешь. Миллион тебе там платят? Такая работа, что ради нее можно жениться на первой встречной и даже документы оформить? И еще подозревать, что меня подослали задержать тебя в пути? В этом тебя ничего не смущает?
– Я не стеснительный и меня редко что смущает. Но ты правда быстро пришла в себя, стоило покинуть свою заброшенную деревню.
– Хочешь отказаться от всего?
– Нет. И вообще, это ты разговор затеяла. А вот и наша гостиница.
Катя посмотрела в окно. На берегу озера гасли последние лучи солнца, растворяясь в вечерней дымке. Пятиэтажное здание приветливо светилось фонарями. Горшки с цветущей лавандой украшали вход, террасу и дорожку к озеру.
– Как красиво! Я действительно люблю цветы. По крайней мере такие.
Катя проворно вышла из машины, потянулась, присела на террасе у большого кашпо с лавандой и вдохнула аромат:
– Обожаю запах лаванды!
– Видишь, сколько мы уже знаем о тебе. Кофе, лаванда, Красная площадь… вряд ли ты это все в своей деревне могла увидеть.
– В той деревне я вообще ничего не могла увидеть. Я должна была жить где-то в другом месте. Может даже таком же красивом, как это. А может это был огромный город, с сотням горящих фонарей и горшками с лавандой.
– Давай заселимся сперва, а потом уточним про ужин. – Макар закинул рюкзак на плечо и взял на руки кота.
– Пусти Фараона размять лапки.
– Фараона? … Точно. А может оставим как было?
– Однозначно, нет.
