Олли наблюдает из окна за входной дверью. Когда он ее открывает, я предъявляю банку с пикулями. Я собиралась принести что-нибудь посущественнее, но не хватило времени. Поэтому я захватила с собой консервированные пикули, которые тайно преподнес мне сегодня бакалейщик. В любом случае никто в моей семье их не любит.
Вопреки моим ожиданиям, Олли не в пиджаке и не при галстуке. У него еще менее презентабельный вид, чем у меня. Рубашка с закатанными рукавами испачкана графитом, как будто он провел весь день за кульманом.
– Добро пожаловать, – сдержанно произносит он, и это заставляет меня усомниться, действительно ли мне рады.
Он жестом приглашает войти в маленькую холостяцкую квартиру. В одном конце комнаты – диван и пара стульев. Напротив – кухонька, в которой сушатся на прилавке разномастные чашки. В комнате всего два человека. У одного юноши полные губы и тяжелые веки; второй красив, с волнистыми волосами. Последний похож на американскую кинозвезду Уильяма Холдена. Оба пьют чай или эрзац из надтреснутых чашек.
– Знаменитый обеденный клуб, – говорю я. – А я-то боялась, что не смогу найти тебя в толпе.
Олли не оценил шутку. Он протягивает руки за моим пальто и вешает его на шаткую вешалку. Не знаю, почему я съязвила – ведь он оказывает мне услугу. Наверное, я просто нервничаю. Если бы он был новым знакомым, на которого нужно произвести впечатление, я бы вела себя иначе. Но это же Олли, которого я знаю сто лет.
– Здесь нет Юдит, – замечаю я громко. – Она придет, не так ли?
– Придет. – У Олли усталые глаза, как будто он занимался всю ночь. – Но не набрасывайся на нее прямо с порога. Дождись, пока закончится заседание клуба. Она не горит желанием с тобой беседовать. Постарайся проявить немного сдержанности и доказать, что ты не совсем спятила.
– Спятила наполовину?
– Обещаешь?
– Обещаю, – сдаюсь я.
– Я старался для тебя и не хочу, чтобы ты подвела.
– Олли, ты собираешься представить меня присутствующим? Или мне тихонько сидеть в углу, стараясь не дышать?
Он корчит гримасу, затем, смягчившись, поворачивается к мальчикам.
– Да, Олли… – добавляю я.
– Что?
– Спасибо, что пригласил.
Олли кивает и ведет меня к кофейному столику.
– Это Лео. – Он указывает на юношу с полными губами. – Он здесь живет, это его квартира. – Затем поворачивается к тому, который похож на Уильяма Холдена. – А это Виллем, мой сосед по комнате. – Уж это имя я точно не забуду: «Виллем» – голландский вариант «Уильяма». У него даже имя такое же, как у американского двойника, кинозвезды.
Лео с шумом роняет чашку на блюдце и вытирает руку о брюки. Затем устремляется ко мне, споткнувшись о кофейный столик. Виллем непринужденно целует меня в обе щеки и предлагает место на диване. Сам он пересаживается на стул, который выглядит менее удобным. У него приветливое, открытое лицо. Не сомневаюсь, что всем, кто встречает его впервые, кажется, будто это старый знакомый.
– Вы были девушкой Баса, верно? – спрашивает он, когда я, усевшись, расправляю платье на коленях. – Я видел его всего раз, но он рассмешил меня. Олли говорит, что он умел всех рассмешить.
– Он действительно умел всех рассмешить. – Меня бы должно рассердить, что какой-то друг Олли якобы знает что-то о Басе. Но у Виллема такая искренняя улыбка, что он не может не нравиться.
– Я рад с вами познакомиться. Мы ожидаем еще двоих. Чай?
Я качаю головой, отказываясь.
– Этот клуб меньше, чем я ожидала. Уютный.
– Вообще-то нас больше. Мы стараемся собираться маленькими группами, а не все сразу, – объясняет Виллем. – Не хочется, чтобы в случае облавы поймали всех. Единственный раз мы собрались все вместе, когда была свадьба нашего друга Пита. Но обычно только маленькие группы. Так лучше для работы.
– Работы?
– Мы много чего делаем, – вмешивается в разговор Лео. При этом он открывает банку пикулей, которую я поставила на стол, и вылавливает один. – Сейчас пытаемся решить…
– Давай подождем, – обрывает его Олли. Он все еще стоит на посту у окна, наблюдая за входной дверью. – Подождем Юдит и Санне.
– Извините, что я не принесла побольше еды, – обращаюсь я к Виллему и Лео. – Я пришла прямо с работы.
Лео хмыкает, доставая второй пикуль.
– Но разве кто-то из нас принес пирожки? Мы пришли с пустыми руками, не так ли?
– Значит, еду доставят остальные? Вы делаете это по очереди, или…
У Лео по подбородку стекает тонкая струйка уксуса, и он стирает ее.
– Что-что?
– Еда. Кто-то один выступает в роли хозяина и приносит всё – или вы делаете это по очереди?
Лео озадаченно смотрит на меня. Он явно понятия не имеет, о чем я вещаю. Я бросаю взгляд на Олли, который определенно прислушивался к нашему разговору. Лео ждет, чтобы я пояснила свой вопрос.
– Прошу меня извинить, – чопорно произношу я. – Я что-то перепутала. Простите, я забыла кое-что спросить у Олли.
Он не поворачивается ко мне, хотя только глухой не услышал бы, как я топаю. Приблизившись вплотную, я тихо шепчу:
– Олли, куда ты меня привел?
– Что ты имеешь в виду? – Он поднимает брови.
