Девушка в красном полностью

– По нашим прикидкам, их лагерь где-то в этом районе. Хотя скорее всего искать вам даже не придется. С тех пор как я… обезвредила этот патруль, прошло довольно много времени, так что ждите гостей с минуты на минуту, за ними уже наверняка кого-то послали.

– Пожалуй, вы правы, – согласился Сируа, разглядывая на карте указанные Краш квадраты.

Потом вернулся к джипу и посоветовался с заместителем, пока Краш раздумывала, не пора ли вставать. Сквозь пелену облаков пробился солнечный лучик, и девушка задрала голову, наслаждаясь его теплом.

Она вспомнила обо всём пережитом с начала Кризиса, о той девчонке, которой когда-то была, и задумалась о той, которой стала. Когда-то она себя считала настоящим экспертом, готовым к любой неожиданности, и рассчитывала, что сможет уберечь всю семью. И просчиталась. Никакие предосторожности, знания или идеально уложенные припасы не помогут избежать той угрозы, которая лишила ее всех родных.

Смириться с этим невозможно, но Краш наконец поняла, что ее вины здесь нет. Спасти маму, папу и Адама не удалось бы в любом случае.

Только теперь она поняла, какое бремя носила в душе – уверенность в том, что поступи она иначе: лучше, хитрее, – и они до сих пор были бы рядом.

Их просто нельзя было спасти.

Она много чего не знала, да и не обязательно было знать всё на свете. Может, лучше никогда и не узнать, почему случился Кризис, откуда взялся Кашель, почему из людей вылезают эти жуткие твари.

Ты же сама всё время повторяла, что вовсе не Избранная. Пусть Избранные и разбираются со всей этой чертовщиной, а остальные просто пытаются выжить.

Интересно, отпустит ли Сируа их с Сэм восвояси.

Краш зажмурилась, нежась в лучах солнца, а Сэм прильнула к ней сбоку.

Но тут послышалось деликатное покашливание Сируа, и пришлось открывать глаза.

– Далеко вам еще идти? – поинтересовался он.

– Да, порядочно.

Сируа небрежно отдал честь двумя пальцами.

– Тогда счастливого пути, Красная Шапочка.

– Удачи, лейтенант, – улыбнулась она, прикрывая кудряшки красным капюшоном.

Краш, Сэм и Райли пришлось задержаться в гостях у Ди-Джея еще на несколько дней. Хворь Райли оказалась обычным фарингитом, а не предвестником Кашля.

Когда Сэм и Краш вернулись домой, Ди-Джей просто места себе не находил от беспокойства.

– У него сильный жар со рвотой, – рассказал он, закончив распекать Сэм, одновременно тиская ее в объятиях.

– При фарингите его всегда рвет, – успокоила Сэм.

– Что же делать? – волновался Ди-Джей. – Были бы антибиотики…

Тут Краш с облегчением рассмеялась.

– Уж с этой бедой я как-нибудь справлюсь.

И выудила из рюкзака пачку, как Мэри Поппинс лампу из саквояжа.

– Оп-ля!

На следующее утро Райли полегчало, но Ди-Джей категорически запретил трогаться в путь еще несколько дней, пока он окончательно не окрепнет.

– Я и так собиралась повременить, пока Сируа не зачистит тот гадюшник, – призналась Краш.

В день прощания Ди-Джей так растрогался, что его крепких объятий хватило не только детям, но и самой Краш, к ее немалому удивлению.

– Бабушка вас очень ждет, – уверил он, целуя ее в лоб.

– А к вам скоро приедут внуки.

Эти слова прозвучали словно обещание, пожелание, которое обязательно сбудется, потому что произнесено волшебное заклинание.

А потом Краш, Сэм и Райли снова продолжили путешествие.

– Ну когда уже? – битый час канючил Райли, еле волоча ноги.

Краш и Сэм в один голос пытались его пристыдить, убеждая, что так он только быстрее устанет, но всё без толку.

– Если не прекратишь капризничать, я тебя высажу, – пригрозила Краш.

– Так мы же не на машине, – огрызнулся Райли. – На машине было бы здо-о-орово, и ноги бы так не ныли, и…

– А у нас бы уши в трубочку не сворачивались от твоего нытья, – перебила Сэм.

Краш ей подмигнула.

– Ну сколько можно продираться через эти заросли? Тут даже тропинки нет, – продолжал Райли. – Я скоро весь волдырями покроюсь от ядовитого плюща.

– Ты же в одежде с головы до пят, – усмехнулась Краш, – разве только язык обожжешь, если болтать не перестанешь.

– Ух-х-х, – пропыхтел Райли, но всё-таки ненадолго притих.

И вдруг, словно по волшебству, как магический круг, перед ними открылась полянка с двухэтажным домиком, где жила бабушка. От неожиданности Краш, Сэм и Райли замерли, разинув рты.

Из трубы валил густой дым, и воздух наполнялся ароматом свежеиспеченного хлеба.

– Как вкусно пахнет! – воскликнул Райли. – Давайте наперегонки!

Краш поспешила за детьми, чтобы в случае чего успокоить бабушку, когда в дом ворвутся двое незнакомых ребятишек, но они остановились, поджидая ее у порога.

– Давай сначала ты, – предложила Сэм.

– Твоя же бабушка тут живет, – добавил Райли.

Бабушкин дом. Наконец-то я дома, и в этом лесу волки не водятся.