– Уф, – стонет Лейла. – Ты совсем не умеешь веселиться. Ну хорошо. – Она садится и хлопает в ладоши. – Перейдем к одежде.
Я останавливаюсь перед шкафом, не решаясь его открыть.
– Ты будешь смеяться.
Лейла хмуро смотрит на дверь моего шкафа.
– Вряд ли все настолько плохо. Я видела тебя только в джинсах и футболках, но они тебе по крайней мере подходят.
– Это не то, что я имела в виду.
Я распахиваю дверь шкафа, чтобы Лейла и Джейс могли войти. Перед нами еще одна комната, почти вдвое меньше спальни, со всевозможными встроенными ящиками, полками и подставками для обуви. Посередине есть скамейка, на которую можно сесть, туалетный столик для аксессуаров и несколько зеркал в полный рост. Это похоже на роскошную гардеробную, которую можно увидеть в кино. Не хватает только автоматизированных вешалок для одежды. (И самой одежды.)
Лейла заходит внутрь и замирает, восторженно оглядываясь вокруг. А вот Джейс делает именно то, чего я ожидала. Он смеется.
– Вот об этом я и говорила, – бормочу я, стыдливо качая головой.
Лейла хмуро смотрит на нас.
– Как ты можешь смеяться? Это самая невероятная гардеробная, которую я когда-либо видела.
– Но здесь совсем пусто, – замечает Джейс. Он указывает на крошечный уголок, в котором висит несколько вешалок, а на нижней полке стоят две пары обуви. – Мне кажется, что даже у меня больше одежды.
Мои щеки стремительно краснеют.
– Я почти не хожу по магазинам.
Лейла еще раз осматривает гардеробную и прищуривает глаза, словно прикидывая что-то у себя в голове.
– Потому что тебе не нравится или потому что у тебя нет подходящей компании?
Я задумчиво хмурю брови.
– Даже не знаю. Я всегда ходила за покупками одна или с отцом. На самом деле я никогда не знаю, что мне купить. Выбор слишком велик, и я понятия не имею, что будет хорошо на мне смотреться, так что я просто беру то же самое, что носила всю жизнь.
Лейла подходит к вешалке с одеждой и перебирает вещи с сосредоточенным выражением лица. Она бросает взгляд на обувь, а затем переходит к соседним ящикам.
– Можно? – спрашивает она.
Не знаю, зачем ей понадобилось рыться в ящиках, но я одобрительно машу рукой, и она принимается копаться в моей одежде, среди которой можно найти в основном джинсы и футболки. Когда она подходит к ящику с нижним бельем, я краснею и пытаюсь закрыть его.
– О, это просто мое…
– Я знаю. Все в порядке. Я просто хочу посмотреть, с чем мы имеем дело.
– Но…
– Поверь мне. Красивое нижнее белье – это практически девичий обряд посвящения.
Мое лицо вспыхивает, и я бросаю взгляд на Джейса. Он красный, как помидор. Слегка замявшись, он указывает на дверь.
– Я пойду еще немного полежу на кровати.
Он убегает так быстро, словно в моей гардеробной начался пожар. Лейла фыркает, глядя ему вслед.
– Мальчишки. – Она закатывает глаза. – Не волнуйся, когда мы дойдем до самых интересных магазинов – отправим его за молочными коктейлями.
Теперь, когда Джейс не может услышать, как мы говорим о моем нижнем белье, мне становится немного легче.
– Мне действительно нужно новое нижнее белье? Его же все равно никто не увидит.
– Дело
Лейла открывает еще один ящик и вытаскивает мой рашгард [21] и плавательные шорты.
– Что это? – Судя по ее интонации, она уже обо всем догадалась, и это привело ее в ужас.
– Мой купальник.
Она делает глубокий вдох.
– Ладно. – Лейла медленно выдыхает и закрывает ящик с оскорбительным для нее купальником. – Какой у тебя бюджет на сегодня?
– Ну… – Я снова краснею. – На самом деле у меня нет бюджета.
Глаза Лейлы широко распахиваются.
– Что,
Я пожимаю плечами и обхватываю живот руками.
– Я пользуюсь папиной кредиткой, и когда я объяснила ему, что мы собираемся делать, он сказал: «Ни в чем себе не отказывайте, только не покупайте ничего слишком откровенного. Я слишком молод для сердечного приступа».
У Лейлы отвисает челюсть. Как только у нее получается закрыть рот, она визжит и вытаскивает меня из гардеробной.
– Это будет самый лучший день в истории!
Мы направляемся к машине близнецов – старой «Тойоте Королле» – и Джейс бежит вперед нас, чтобы открыть мне пассажирскую дверь. До меня не сразу доходит, что он делает, и я неуверенно замираю на месте. Должно быть, мое выражение говорит само за себя, потому что Джейс хмурит брови.
– Неужели тебе никогда не открывали дверь?
Я фыркаю в ответ, просто по привычке. (Не очень-то женственное поведение.)
– Ты что, шутишь? Обычно мы с парнями боремся за переднее пассажирское место. И это только когда меня не заставляют сесть за руль. Выбор мест в машине – это война, которая всегда заканчивается синяками.
Джейс удивленно моргает.
– Они не уступают тебе переднее сиденье?
– Только если я выиграю его в честной борьбе.
Джейс качает головой, и на его губах появляется очаровательная улыбка.
– Ну что ж, мисс Шарлотта, позвольте, я буду обращаться с вами как с настоящей леди.
