– Странно, – удивилась она. – А машина здесь.
Энджи забарабанила кулаком, однако, кроме нового приступа лая, в доме больше не было ни звука.
Чавкая подошвами, Энджи обошла дом и остановилась перед навесом, с забившимся сердцем разглядывая грязнейший черный «Додж». Дизельный двигатель, колесные диски с серебристыми шипами, номера заляпаны грязью.
Войдя под навес, она медленно обошла «Додж». На правом боку были свежие вмятины и содранная краска.
Клэр беспокойно посматривала на Энджи и машину Баджа. Паллорино, не выдавая внутреннего напряжения, вышла из-под навеса и направилась к хозяйственным постройкам разной степени ветхости, внимательно разглядывая следы на земле.
– Свежие следы колес, как считаете? – показала она.
Подошла Клэр, оглядела борозды в грязи и кивнула на старые ели, плотной стеной обступавшие участок.
– Может, в лес ездил… Вы же не думаете, что это был он!
– Ваш отец утверждает, это были охотники. Во множественном числе. Если бы это был Бадж, Гаррисон бы так и сказал, правда? – проговорила Энджи, в упор глядя на Клэр.
Лицо девушки неуловимо изменилось.
– Конечно, – неуверенно подтвердила она. – К тому же такие машины у каждого второго.
– Однако у этого свежие повреждения на боку, – продолжала Энджи, прощупывая, что на самом деле известно Клэр. Она чувствовала, как девушка напряглась. Если загонять ее в угол, можно встретиться с ожесточенным сопротивлением: Клэр на все пойдет ради своей семьи. Нужно действовать аккуратно.
– Бадж же пьющий и нередко садится за руль нетрезвым.
– Несмотря на срок за пьяное вождение?
Клэр вздрогнула:
– Он сидел?
– А вы не знали?
Клэр несколько секунд смотрела Энджи в глаза. Ветер пронесся по лесу, шелестя в кронах. С севера снова натягивало тучи – погода в этих местах, под стать рельефу, отличалась разнообразием.
– Наверное, Баджа нет дома… – Клэр кивнула на хмурившееся небо: – Мы должны успеть до нового грозового фронта. В прогнозе обещали снег, а нам еще идти к дяде Акселю, а потом до той могилы в роще.
Энджи не стала возражать.
– Попробуем в последний раз, – предложила она. – Сходите взгляните, вдруг он в пристройке за домом? А я погляжу в сараях. – Энджи показала на три деревянные хибары у опушки. От участка Баджа Харгривса веяло такой жутью, что волосы на голове шевелились.
– Схожу, – отрывисто сказала Клэр и пошла за дом, громко топая тяжелыми ботинками. Энджи подождала, пока девушка скроется из виду, и поспешила к самому большому сараю, оказавшемуся незапертым. Помедлив у двери, борясь с неожиданно откуда взявшейся острой тревогой, Паллорино постучала:
– Бадж Харгривс! Вы здесь?
Тишина.
Энджи открыла скрипучую дверь и шагнула через порог. Внутри было темно и жужжали мухи, но она сразу почувствовала запах крови – теплой, свежей, густой. И чье-то присутствие.
Через приоткрытую дверь ворвался ветер, и справа донесся протяжный тоненький стон. Энджи едва не шарахнулась в сторону, повернув голову на звук и силясь что-нибудь разглядеть. Когда глаза привыкли к полумраку, она увидела, что от ветра покачивается оленья туша, подвешенная на крюке для мяса. Перерезанное горло было ярко-красным, остекленевшие глаза не мигая смотрели на Энджи. Паллорино напряглась. Мертвое животное, потревоженное новым порывом ветра, словно бы умоляюще глядело на нее. Энджи подошла ближе. У оленя была маленькая ранка сбоку на шее – не от пули, а от узкого острого лезвия. Стрела, подумала она. Кровь капала на бетонный пол и подсыхала темной лужей под охотничьим трофеем.
Энджи приложила ладонь к боку оленя. Туша была еще теплой – видимо, зверя подстрелили совсем недавно.
Паллорино огляделась. На верстаке у стены лежали охотничий лук и колчан со стрелами с желто-белым оперением. В углу стоял захватанный морозильник, живо напомнивший Энджи подвал маньяка Аддамса, который хранил в морозильнике тело своей матери с отрубленными руками и ногами. Содрогнувшись, Паллорино попятилась, но звук за спиной заставил ее замереть.
Энджи похолодела, узнав щелчок затвора помпового ружья. Ей стало нехорошо от страха.
– Стоять, – тихо сказал мужской голос.
Энджи не смела шелохнуться.
– Держи руки так, чтобы я их видел.
Она медленно развела руки в стороны.
– Подними руки за голову и повернись. Медленно и без глупостей.
Она положила руки на вязаную шапку и повернулась.
Дородная фигура Баджа Харгривса заслоняла дверной проем. Бадж явился в комбинезоне хаки, запачканном спереди кровью. На боку висел огромный охотничий нож в ножнах. Проникавший снаружи свет подсвечивал его щеку – лицо выглядело красным, отечным, глаза лихорадочно блестели. Дуло винтовки смотрело Энджи в живот.
– Бадж, – начала Паллорино, стараясь говорить спокойно. – Бадж Харгривс, я Энджи Паллорино, вы меня помните? Я приезжала на реку удить рыбу с сержантом Джеймсом Мэддоксом, когда вы нашли в лесу скелет. Вы тогда спустились к реке и звали на помощь. У вас еще сумка с грибами при себе была.
