Женщины собрались в центре деревни. У них не было костра или чего-то подобного. Они просто стояли там в темноте. Не разговаривали. Не двигались. Монстры, которые бы разговаривали и срали, наверно, были бы не такими страшными. Настоящим монстрам не нужно было ни с кем разговаривать. У настоящих монстров была потребность только в том, чтобы насиловать и убивать.
- Просто не двигайся. Может, они не поймут, что ты очнулся, и не придут снова тебя избивать.
Аллен слабо кивнул. Вероятно, он все равно скоро снова потеряет сознание. Его инфицированная рана на голове была заполнена пузырьками гноя.
Его рот был разбит, зубов не было. А синюшнее лицо потеряло человеческие черты.
В лунном свете женщины превратились в многоротых, пульсирующих, червеобразных горгулий.
Женщины-горгульи врывались в клетки с рабами, насиловали их, иногда дрались из-за мужчин. Две горгульи запрыгнули в клетку справа от клетки Оскара и Аллена. Одна из них засунула голову одного из рабов в свое влагалище. Другая горгулья всосала ноги мужчины в две свои вагины. Они трахали себя им, как будто это была игра в перетягивание каната, пока мужчину не разорвало пополам. Его кишки разлетелись по покрытому дерьмом полу клетки, а женщины-горгульи торжествующе завыли.
Они вышли из клетки и вошли в клетку Оскара и Аллена.
Двум монстрам пришлось входить по одному, и даже тогда они едва смогли протиснуться в дверной проем. Оскар прижался к дальней стене. Его ужаснуло то, что случилось с пленником в соседней клетке.
Горгульи насиловали Оскара безжалостно. Они делали с ним такое, что даже лесбиянки-близняшки в экстазе не показали ему, что такое возможно.
К тому времени, когда они закончили, он был полностью измазан вагинальной жидкостью. Он и не знал, что у женщин могут быть такие обильные выделения. Ему в голову пришла нелепая мысль, что он мог забеременеть. Чтобы сохранить последние остатки рассудка, он стал вырисовывать на полу клетки кровью Аллена зарисовки групповухи с горгульями, прежде чем погрузиться в сон, полный кошмаров.
Глава двенадцатая
Альфа-самка
Утром в деревню горгулий ворвалась Колетт, голая, с ног до головы перепачканная кровью. Оскар не понимал, она ранена или на девушке была не ее кровь. Если ранена, то недавно, так как кровь была свежей. Она тащила Че за собой за веревку, обвязанную вокруг его шеи. Че полз на карачках, пыхтя, как собака. Во рту у него был кляп. Встав в центре деревни, Колетт велела пирату сесть, и тот уселся на корточки.
Оскар вскочил на ноги и загремел прутьями своей клетки.
- Колетт! Какого черта ты делаешь? Убирайся отсюда к черту! Эти женщины – чудовища!
Девушка проигнорировала его предостережения и вместо этого издала нехарактерный для нее яростный и гортанный вопль. Вскоре ее окружили горгульи, которые снова приняли форму загорелых секс-богинь, по сравнению с которыми модели из "Плейбоя" выглядели старыми девами.
Оскар ожидал нападения этих чудовищ в эротическом обличии на Колетт. Они могли разорвать Колетт на части, как их рабы сделали это с Джейн. Или, что еще хуже, они изнасилуют ее так же жестоко, как изнасиловали его и Аллена.
Но они не выглядели угрожающими. Скорее, казалось, они боялись Колетт.
"
И тогда он связал их страх с кровью, покрывавшей тело Колетт. Он понял, что она покрыла себя менструальной кровью, чтобы дать понять девушкам-горгульям, что она альфа-самка, и это сработало.
Женщина из племени вышла вперед и склонилась перед Колетт. Че замычал сквозь кляп, пока Колетт не дернула за поводок и не заставила его замолчать.
Колетт указала прямо на Оскара и закричала.
Несколько туземок поспешили к клетке и расстегнули тяжелые, примитивные замки, закрывающие ее. Дверь распахнулась.
Оскар не мог поверить в это. Колетт спасла его от этих диких чудовищ так, словно это было самым простым делом на свете.
Он сделал шаг из клетки, улыбаясь.
Женщина ударила его кулаками в грудь, отчего он отлетел назад в клетку. Они кричали и потрясали кулаками в его сторону, явно не собираясь отпускать его.
Две женщины вошли в клетку, и Оскар отпрянул в самый дальний угол, вспомнив вчерашнее изнасилование. Сейчас они красивые и сексуальные, но он помнил их истинную сущность.
