Мими вернулась из Нью-Йорка с посветлевшими волосами. В качестве личного одолжения сэру Лоуренсу Оливье она согласилась ждать на подхвате на случай, если Вивьен Ли снова заболеет во время постановки «Трамвая «Желание» в «Олдвиче». Еще Мими воспользовалась временем в Лондоне, чтобы попробовать организовать возвращение в кино после пятилетнего отсутствия. По-прежнему отказываясь даже думать о возвращении в Голливуд, она ходила по переговорам о грядущих британских фильмах, включая «Пандору и Летучий Голландец» и «Мою кузину Рейчел», которые уже готовились к съемкам. Дафна Дюморье самолично выбрала Мими Харрисон на роль загадочной женщины постарше, которая выходит замуж за кузена героя, но студии снова разочаровывали писательницу, вместо это нацелившись на Оливию де Хэвилленд, которая, в отличие от Мими, уже достигла четвертого десятка.
Но для Эви Мими оставалась вечно молодой звездой кино военного времени. Эви выросла с ней на экране задолго до того, как подружиться.
– Эви! – воскликнула Мими, подбегая, чтобы крепко обнять девушку и быстро чмокнуть в щеку, а затем сесть, поправляя парик.
– Ларри попросил меня примерить размер на случай, если придется влезть в шаткие туфли Бланш Дюбуа. – Окинув лицо Эви быстрым, материнским взглядом, Мими озабоченно вздохнула. – Эви, ты опять слишком много работаешь. Что происходит?
Эви закусила губу. Она безоговорочно верила Мими, но все еще не решалась рассказать кому-либо о том, чем занималась в магазине.
– Аделина написала мне, что ты покинула Кембридж. Джеффри был уверен, что ты найдешь там другую исследовательскую работу.
Эви кивнула.
– Не вышло. Я теперь работаю в Лондоне.
– Об этом Аделина тоже писала. Продаешь книги.
– Нет, вообще-то я их каталогизирую. Редкие. В «Книгах Блумсбери».
Мими отпила розовое шампанское, которое по прибытии поднес ей старший официант.
– Но ты не за этим отправилась в Кембридж, разве не так?
Эви скорчила рожу.
– Эви…
– Кажется, я кое-что нашла.
– Еще Остен? – лицо Мими загорелось.
– Нет, нечто совершенно другое. Но очень ценная книга, по-своему. И крайне редкая. Единственная в своем роде, вообще-то. – Официант поставил между ними трехэтажный серебряный поднос с сэндвичами, выпечкой и сконами, и Эви понизила голос. – Она изначально была в библиотеке поместья. «Сотбис» продали ее за пару фунтов – «Книгам Блумсбери».
Мими откинулась на стуле с позолоченным краем.
– Ааа. Понятно. Ты за ней охотилась.
Эви кивнула.
– И вы с Ярдли оба не заметили ее тогда в Чотоне? Теряете хватку.
– Это унизительно. – Эви вздохнула, и Мими радостно засмеялась, отчего несколько американских туристов в зале еще более открыто уставились в их сторону.
– И о какой сумме мы тут говорим?
– В этом-то и дело. Я понятия не имею. Я даже не уверена, что ее можно оценить. Это может быть единственное первое издание, оставшееся во всем мире.
– Что ж, спасибо, что доверилась мне с этим. Я переживаю, что ты слишком много держишь в себе. – Мими разлила чай из стоящего между ними заварочного чайника. – Помнишь, как мы вместе так пили чай с Франсес Найт в поместье, когда впервые встретились? Ты с тех пор так изменилась. Кажешься теперь более уверенной в себе, более… целеустремленной, если такое возможно. Может, даже немного грустной. – Мими взяла драматическую паузу, которая была Эви так знакома. – Случилось что-то еще?
Мими Харрисон было тяжело в чем-то отказать. В ней удивительно сочетались жизнерадостность, потусторонняя красота и отзывчивость. Эви наконец сдалась и рассказала ей все о Кристенсоне, Уэсли и Кинроссе, трех врагах, которые так часто приходили ей на ум.
– Этот Кинросс, – раздраженно ответила Мими. – Джеффри рассказывал, что он ужасный дурак. Но безобидный – так я надеялась. Кристенсон, с другой стороны, известен своей злобностью.
– Вредное время по Кристенсону. – Иви не могла не улыбнуться воспоминанию. – Так студенты называли его часы приема.
Мими снова рассмеялась так очаровательно, что даже несколько британцев, пытавшихся игнорировать знаменитую актрису по соседству, наконец кинули взгляд на странную парочку.
– Дать Фредрику должность вице-мастера было огромной ошибкой. Все равно что кормить зверя. Они так постоянно делают в студиях. – Мими начала бездумно теребить маленький серебряный крестик на цепочке, будто что-то вспоминая. – Но ты наконец-то заполучила книгу после всех этих трудов?
Эви покачала головой и объяснила Мими корень проблемы: как завладеть книгой, не привлекая внимания и не нарушив устоявшихся правил магазина.
– Что ж, мы многому научились в наши первые дни в свете. В первую и самую главную очередь, нельзя приниматься за такое в одиночку. Неужто тебе там никому нельзя верить?
Эви замолчала.
– Что такое, малышка?
Теперь она рассказала Мими все остальное, что беспокоило ее в «Книгах Блумсбери»: воюющий персонал, нудные правила, ночное свидание, на которое она натолкнулась. Мими внимательно слушала рассказ Эви, явно не желая сильнее ее запутать.
