«Ты такая юная, детка, но как только тебе исполнится восемнадцать, ты станешь моей, – шептал он, пока девушка устраивалась у него на груди. – Ты будешь совсем взрослой и готовой к Джимми, да? Я терпеливо жду. Джимми умеет ждать». – «Неужто целых три дня потерпишь?» – хохотнула Лоррелл. «Черт побери, для меня это целая вечность, но тебе повезло, что я такой терпеливый. Не заставляй меня ждать слишком долго, слышишь?»
И вот они стояли, томясь в ожидании, когда же выпадет шанс выступить, в гостиной трехэтажного дома мисс Барбары, который она ловко переоборудовала под роскошный отель, отделенный от цепочки отелей «только для белых» пляжем; здесь черные группы ждали своего часа. Джимми весь день нашептывал поздравления и мурлыкал «С днем рождения!», постоянно напоминая, что она теперь «стала женщиной». Лоррелл отлично понимала, к чему он клонит, но не была уверена, что готова вручить девственность женатому певцу, который так отчаянно хочет сбежать подальше от своей жены и откровенно гордится тем, что постоянно занимается сексом с поклонницами, и которого только что бросила совсем юная девица. Лоррелл как-то раз грозилась все это ему высказать, но тут на защиту Джимми встала – ни за что не поверите! – Эффи: «Девочка, Джимми взрослый мужик, а у взрослых мужиков свои потребности. А такие, как Джимми, получают то, что им нужно. К тебе это не имеет никакого отношения. А теперь если перестанешь ломаться, то тогда сможешь высказывать свое „фи" по поводу того, куда он сует свой член. А пока что просто отвернись и запомни: пока ты не готова ему отдаться, единственная, кто имеет права на Джимми Эрли, – это миссис Эрли».
Когда Лоррелл задула свечи на торте, она уже знала, что готова стать девушкой Джимми во всех смыслах слова. И словно знак, ниспосланный самим Творцом, – когда она открыла глаза, перед ней стоял на коленях Джимми, держа на ладони маленькую коробочку. Лоррелл жадно схватила коробочку, разорвала подарочную упаковку и завизжала от восторга. Все в комнате ахнули, когда именинница продемонстрировала кольцо с изумрудом размером с костяшку пальца. Лоррелл запрыгала и бросилась обнимать Джимми, не успевшего подняться с колен. Она впилась ему в губы, и от этого поцелуя у Джимми тело стало как ватное.
Их жаркие объятия прервала Дина, которая тихонько спустилась по лестнице, но потом откашлялась, чтобы обратить на себя внимание.
– Простите, что я задержалась, – сказала она, подошла к Лоррелл и чмокнула ее в каждую щеку.
– Вот что бывает, когда переодеваешься по четыре раза, – ухмыльнулась Эффи, разглядывая свои ногти.
Дина стрельнула в нее глазами, но пропустила комментарий мимо ушей. Когда она обнимала Лоррелл, Эффи встала между девушками и Кертисом.
– Кертис, а правда, что ты плакал, когда впервые услышал Билли Холлидэй? – спросила она, выпячивая бюст и улыбаясь ему в лицо.
– Очень интересно, кто тебе это сказал, – пробормотал Кертис, бросая взгляд на своих сестер Ронду и Дженис, которые хором захихикали.
– Ну, может, ты сам мне расскажешь. м-м-м. наверху, – промурлыкала Эффи, беря его за руку.
Кертиса не нужно было долго упрашивать, он просто молча позволил Эффи отвести себя наверх.
Джимми, посмотрев им вслед, прошептал Лоррелл на ухо:
– Эй, малышка, а что, если мы с тобой возьмем кусочек этого торта и шампанское с собой?
– А куда мы пойдем? – поинтересовалась Лоррелл.
Джимми просто мотнул головой в сторону лестницы.
Лоррелл разнервничалась еще больше.
– Может, встретимся прямо там? Я сейчас, – промямлила она, старательно отводя взгляд.
– Не заставляй меня ждать слишком долго, слышишь? Я хочу кусочек этого тортика, – прошептал Джимми и ушел.
Целых пятнадцать минут у Лоррелл ушло на то, чтобы подняться по ступеням. Сначала она показывала Дине кольцо, предложила мисс Барбаре помочь вымыть посуду и убрать беспорядок, оставшийся после вечеринки, а потом притворилась, что читает статью в газете с речью, которую Мартин Лютер Кинг произнес во время митинга, названного в газете «маршем на Вашингтон». Когда Дина наконец поднялась к себе, мисс Барбара успокоилась, раз никому больше ничего не нужно, а СиСи пошел посидеть с музыкантами в бар для цветных, расположенный по соседству, Лоррелл собрала наконец силы, чтобы дотащиться на трясущихся ногах до третьего этажа. Она потопталась перед дверью и только потом тихонько постучала. Дверь открылась почти мгновенно, словно Джимми стоял за ней и ждал. Он затащил Лоррелл в номер и тихонько закрыл дверь.
– Ты где была, ягодка моя? Я уж думал, ты никогда не придешь с моим тортиком.
– Ой, черт, я забыла торт внизу. Давай я принесу тебе кусочек, – пробормотала Лоррелл и направилась к выходу.
Джимми схватил ее за руку и притянул к себе.
– Нет, детка, все в порядке. Я лучше попробую на вкус тебя, – сказал он и наклонился, чтобы поцеловать Лоррелл.