Его лицо было так близко — всего в нескольких дюймах от ее носа. «А у него красивые глаза», — отметила вдруг Мариана и, отогнав эту мысль, торопливо встала.
— Ты здесь надолго? — спросил Фред.
Мариана пожала плечами.
— Понятия не имею. Я приехала ради племянницы. Она… у нее неприятности.
— Ты имеешь в виду убийство? Твоя племянница учится в колледже Святого Христофора?
Мариана растерянно моргнула.
— По-моему, я тебе об этом не рассказывала.
— Да? Ну ты просто забыла, — быстро отреагировал Фред. — Сейчас все обсуждают произошедшее. Я много об этом думал, и у меня есть кое-какие соображения.
— Какие соображения?
— Насчет Конрада. — Фред взглянул на часы. — Мне надо бежать… Может, встретимся вечером, выпьем по стаканчику? Тогда и поговорим. — Он с надеждой посмотрел на Мариану. — Разумеется, только если у тебя есть желание. Я не настаиваю. Если откажешься, не обижусь…
Фред явно нервничал в ожидании ответа. Мариана уже собиралась избавить его от волнений, категорически отказавшись от встречи, но мысль о возможности получить хоть какие-то полезные сведения ее остановила. Что ему известно о Конраде? Стоит выслушать. Попытка не пытка.
— Ладно, — произнесла она.
— Правда? — с радостным удивлением переспросил Фред. — Прекрасно! В девять удобно? В пабе «Игл»? Запиши мой номер телефона.
— Не надо. В девять приду.
— Договорились! — Фред просиял. — У нас будет свидание.
— Это не свидание!
— Да-да, конечно, не свидание… Брякнул, не подумав. До встречи.
Он вскочил на велосипед и покатил вдоль реки. Поглядев ему вслед, Мариана зашагала обратно к колледжу.
Пришло время засучить рукава и — за работу.
Мариана торопливо направлялась к группе женщин среднего возраста, которые, устроившись в Мейн-Корте, пили чай с печеньем и сплетничали. Это были горничные, и у них еще не кончился утренний перерыв.
В Кембриджском университете, в отличие от многих других, на протяжении сотен лет было принято нанимать местных жительниц, чтобы те убирали комнаты в общежитии, стелили постели и вовремя выносили мусор. По сложившейся традиции, помимо прямых обязанностей горничные брали под свое покровительство студентов, заботились о них, опекали их в повседневной жизни.
До знакомства с Себастьяном горничная была единственным человеком, с кем Мариана ежедневно общалась.
Студенты всегда уважали этих простых женщин, даже побаивались их. Поэтому Мариана по давней привычке слегка робела. Уже в который раз она задалась вопросом, какого на самом деле мнения о студентах эти представительницы рабочего класса, обездоленные по сравнению с учащимися здесь девушками и парнями, зачастую капризными и избалованными. «Наверное, они нас ненавидят», — внезапно осенило Мариану. Что ж, если и так, несправедливо их осуждать.
— Доброе утро, — поздоровалась она.
Разговор оборвался. Горничные с любопытством и настороженностью уставились на Мариану. Она улыбнулась.
— Я подумала, вы сможете мне помочь. Я ищу горничную Тары Хэмптон.
Все повернулись к худощавой женщине в голубой униформе. Стоя позади других, она закуривала сигарету.
На вид ей было под семьдесят, если не больше. Крашеные рыжие волосы с седыми корнями обрамляли круглое лицо с широкими скулами, которому выгнутые брови, нарисованные высоко на лбу, придавали удивленное выражение.
Горничная неохотно улыбнулась Мариане. Ее явно раздражало, что из всех обратились именно к ней.
— Это я, милочка. Я Элси. Что я могу для вас сделать?
— Меня зовут Мариана. Я когда-то здесь училась, и… — Мариана принялась сочинять на ходу: — Я психотерапевт. Декан попросил меня побеседовать с сотрудниками и студентами колледжа о том, как повлияла на них смерть Тары. Я надеялась, что мы… поговорим, — неуверенно закончила она, осознав, что Элси вряд ли клюнет на такое.
Ее опасения подтвердились. Элси поджала губы.
— Спасибо, конечно, но я не нуждаюсь в психотерапевте, милочка. У меня с головой всё в порядке.
— Я не то имела в виду… На самом деле, вы бы меня очень выручили. Я провожу исследование…
— Ну мне совершенно некогда…
— Это не займет много времени. Позвольте, я угощу вас чаем? С тортиком?
При упоминании торта глаза Элси блеснули.
— Ладно… Только недолго. А то мне до обеда надо успеть убраться еще на одном этаже.
Потушив сигарету о булыжник, Элси сняла фартук и сунула в руки другой горничной. Та без возражений приняла его, а Элси шагнула к Мариане.
— Пойдемте, дорогуша. Я знаю одно симпатичное кафе.
И она двинулась вперед. Мариана поспешила следом, успев услышать, как горничные оживленно шепчутся за ее спиной.
Пройдя по улице Кингс-пэрейд, они миновали рыночную площадь, уставленную разноцветными палатками и киосками, белеющее за черной оградой здание университетского сената и кондитерскую, из раскрытых дверей которой доносился умопомрачительный аромат горячего шоколада и ванили.
Элси остановилась у кафе «Коппер кеттл» с натянутым над входом красно-белым тентом.
— Я здесь часто бываю, — пояснила она.
Мариана кивнула. Она со студенческих лет помнила это кафе.
— Прошу.
