Деза полностью

Вторым сигналом стала высылка из Москвы послов оккупированных гитлеровцами стран. А посла Югославии оставили в Москве. Важно было привлечь на нашу сторону общественное мнение в Англии и США. Молотов говорил, что от сенаторов мы можем и не получить поддержки, а от простых людей – можем. Но как найти сочувствие? Не дать повода обвинить СССР в развязывании войны. Уже упомянутое заявление ТАСС о том, что СССР ожидает от Германии соблюдения пакта, было опубликовано только в центральной прессе, а не во всех газетах, как обычно. В первую очередь этот документ был адресован гражданам Англии и США, чтобы показать, что Советский Союз не имеет агрессивных замыслов. И эта политика оказалась выигрышной. Уже 22 июня в Англии прошли стихийные демонстрации солидарности с СССР, которые по размаху сравнимы с выступлениями иностранных трудящихся после Октября под лозунгом «Руки прочь от Советской России!».

Елена Кострикова. Хочу добавить, что многое было сделано в те грозные дни для организации солидарности на международном уровне. 10 августа в Москве состоялся Всеславянский митинг, в котором приняли участие известные политические и общественные деятели – украинцы, белорусы, чехи, сербы, хорваты, словенцы, черногорцы, болгары. Было принято обращение: «Братья, угнетенные славяне! Враг коварен и силен. Но, соединенные вместе, мы во сто крат сильнее его. Народы Советского Союза и его Красная Армия с нами. С нами все демократические страны, с нами все передовое человечество. Вставайте на освободительную войну против гитлеризма!»

Массовый славянский митинг состоялся в Виндзоре (Канада). Выходцы из России, проживающие в другом канадском городе – Эдмонтоне, писали: «Ваша решимость бороться до конца внушает уверенность, что гитлеризм будет побежден». Участники организованного «Комитетом Победы» трехтысячного митинга армян, живущих в США, выразили солидарность со сражающимся советским народом. Слова поддержки приходили из разных концов мира.

Газета румынских фашистов «Акциуня» вынуждена была признать: «Все мы без исключения верили, что русская эмиграция составит авангард европейской армии против большевизма. Семь дивизий русских эмигрантов могли бы составить армию в 150 тысяч человек для борьбы против Советов. Однако до настоящего времени они не дали даже и одного пехотного отделения». Не оправдался расчет Гитлера и на распад Советского Союза. Та же «Акциуня» негодовала: «Поведение украинцев и других национальных меньшинств дает повод к еще большему разочарованию. На Украине не произошло революции, и украинцы борются против держав оси так же энергично, как и русские».

Ярослав Листов. Прошли демонстрации и в США. Но там было сложнее. Рузвельту потребовалась целая неделя в начале войны, чтобы справиться с собственным аппаратом, мнением крупного бизнеса и выразить солидарность с нами. Четкая политика Сталина, позволившая не допустить включения СССР в число агрессоров, стала платформой для создания антигитлеровской коалиции. Знаменитая «Атлантическая хартия», подписанная между США и Англией, определяла СССР как жертву неспровоцированной агрессии Германии. Между прочим, германский посол в Турции фон Папен 21 июня заявил турецкому премьеру, что в случае советско-германской войны СССР не получит поддержки от США и Англии. В таком же духе проходил и разговор Чиано, доверенного лица Муссолини, с Розенбергом. Но наша политика оказалась тоньше и дальновидней.

Тем не менее, конечно, в отношениях с западными союзниками далеко не все было гладко. Рузвельту приходилось преодолевать сопротивление и госсекретаря, и вице-президента Трумэна. Двойственное отношение американских политических кругов и бизнеса к союзу с СССР наблюдалось всю войну. Форд, например, заработал 2 миллиона долларов, снабжая немцев оружием. В целом же переломным моментом в укреплении антигитлеровской коалиции должна была стать битва под Москвой. Союзники хотели убедиться, выдержит ли наша страна удар всей Европы. Ведь многие их эксперты считали, что СССР окончательно рухнет в сентябре – октябре 1941-го. Именно после победы под Москвой стали возможны визит Молотова к Черчиллю и Рузвельту и подписание в июне 1942 года коммюнике об открытии второго фронта. Другой вопрос, что само это открытие затянулось аж на два года. Но коалиция все-таки состоялось.