Леди Атра ела жадно, но аккуратно. Вор смотрел, как пальчики подносят ко рту кусочки рыбы. Яркий лак на ногтях местами облупился, но все равно было видно, как хрупки, нежны и удивительны эти маленькие пальчики. И невозможно было не вспоминать, как бесстыдны они могут быть.
Квазимодо поблагодарил богов, что на нем штаны, а не набедренная повязка, как на Ныре.
– Поела?
– Пить, – жалобно попросила леди Атра.
Вор сунул ей котелок с дождевой водой.
Капли падали на полуобнаженную грудь. Квазимодо казалось, что он слышит звон капель по упругой коже.
– Все?
Леди Атра облизнулась, слишком далеко высунув розовый язычок.
– Ква, мы так промокли. Может быть, ты меня согреешь? Ведь мы здесь одни.
– И не мечтай, – решительно сказал вор. – Во-первых, я для тебя не Ква, а во-вторых, я тебя, кошку блудливую, насквозь вижу. Так что перестань сиськами крутить, тварь бесстыжая, и живо руки за спину.
– Жаль, мне было так с тобою хорошо. – Леди Атра прижалась теплой спиной. – Честное слово, я не обманываю.
– Добавь еще, что тебе было бы куда слаще, если бы ты вырезала или высосала мой глаз, и я тебе безоговорочно поверю, – хрипло сказал Квазимодо, застегивая наручники.
– У меня и в мыслях не было такого варварства. Я хотела, наоборот, приживить тебе новый глаз. Ты ведь знаешь, что такое возможно? Нужно только время и такой сильный парень, как ты…
– Заткнись! – Квазимодо страстно не хотелось ничего слышать. – В этом мире ты последний человек, которому я поверю.
Черноволосая красавица по-детски надула губы. Она сидела в странной неустойчивой позе – колени и бедра чуть разведены, от малейшего толчка готова опрокинуться на спину.
Квазимодо жутко захотелось ее хотя бы ударить – прямо по прекрасному лицу. Пусть распухший нос и розовые сопли сорвут магию очарования. Воспоминания об обрезанном существе в клетке, об жутких инструментах и каменном столе со стоками для крови, о собственном унижении на господской постели уже не слишком помогали устоять перед соблазном. Тварь ядовитая.
– Пожалуйста, не затыкая мне рот! – взмолилась молодая леди. – Мне трудно дышать. Я не такая дура – я не буду пытаться кричать.
– Верю. Только ты, гадюка, говорить умеешь. А это пострашнее будет.
– Пожалуйста! Я задохнусь. Я ведь тебе ничего плохого не сделала.
– Ну да, только в клетку посадила и изнасиловала, как девку.
Квазимодо яростно высморкался, вытер руки о тряпку кляпа и накрепко заткнул искушающий рот красавицы. На ту, конечно, дешевый жест впечатления не произвел – сиятельная леди была не из брезгливых, но у самого вора на душе полегчало. А ведь мог поддаться.
Сидели в тишине. Густые, переплетенные низким шатром ветки напоминали Квазимодо тесноту подвальной камеры. Сквозь листву белый свет был почти не виден. Действительно, заметить искусно созданное убежище и с нескольких шагов почти невозможно. Только и самим изнутри ничего не разглядеть. Квазимодо слушал перекличку птиц, всплески на близкой реке. Наконец не выдержал:
– Сидим как в мышеловке. Может, хоть пост выставим?
Ответила свернувшаяся на тряпках в клубок рыжая:
– Сиди, наследишь только.
– Следов здесь и так навалом, – возразил вор. – А если кто лагерем в бухте встать надумает, мы потом отсюда не вырвемся.
– Нашел бы место получше, – немедленно зарычала Теа.
– Место хорошее, – пробормотал фуа. – Только сидеть так трудно.
Квазимодо покосился на друга. Ныряльщик сидел напряженно, почти упираясь носом в листву, словно пытаясь рассмотреть, что там снаружи. Да только что там, в густоте, рассмотришь? На суку лакомую бедняга глянуть боится. Леди Атра сидела рядом, обессиленно опустив голову на колени. Черные кудри подсохли, закрывают лицо сплошной блестящей завесой. Вся такая нежная, несчастная, беззащитная. Так бы и удавил змеюку.
Квазимодо сплюнул.
– Чего расплевался, селянин? – заворчала рыжая.
– Извини. Нервничаю. Там, подальше, два дерева есть. Можно залезть, осмотреться.
– Я по деревьям не прыгаю, – категорично заявила Теа.
– Да я сам залезу, огляжусь, – заверил вор.
– Я с тобой, – неожиданно вызвался Ныр.
– Не ходи! – воспротивилась рыжая. – Что вы меня одну оставляете?!
– Так чего? – не понял Квазимодо. – Тебе что, скучно? Дремли себе вполглаза.
– Сам ты вполглаза, – с ненавистью зарычала Теа. – Почему я одна должна сидеть?
– Потому что ты по деревьям не лазишь. Сама сказала, – объяснил вор.
– Мы скоро вернемся, – поспешно заверил Ныр. – Только оглядимся.
Друзья протиснулись сквозь низкий замаскированный вход.
– Кобели драные. Вонючки шакальи, – напутствовала их невидимая Теа.
– Злится, – глубокомысленно заметил Квазимодо, оглядывая зеленое убежище. Казалось, в этом небольшом пятне зелени и выдра не может скрываться.
– Злится, – мрачно согласился Ныр. – Нехорошо, что мы ее оставили.
– Немножко потерпит. Нрав у рыжей – удавиться можно. Хотя засидки она делает – любой разведчик позавидует. И откуда у девки такое умение?
– Ты, Ква, ничего не понимаешь, – еще мрачнее заявил фуа.
– Вот ты мне и объяснишь, – бодро сказал вор, подтягивая ремень с кукри. – Пошли, осмотреться действительно не помешает…
