Ничего себе! Концерт начинается в восемь, а на дорогу нужно от силы два часа – точно эвакуируют нас с острова.
Я посмотрела на Эдуарда, который сосредоточенно перемигивался с Алисой. У них была разработана просто тайная система вопросов и ответов. Совещались, как всегда, со скучающими выражениями лица. Со стороны ничего не заметишь, если не знаешь об их сговоре.
Через полчаса мы уже везли счастливую Мо домой, с целым подносом угощений для Генри. Хоть что-то будет использовано по назначению. Я веселилась, представляя, откуда Элиза и Алиса будут доставать спрятанные закуски и бутерброды, потому что видела, как Келлан, тайком засовывал канапе в вазу за роялем.
Думаю, что попробовав эти кулинарные шедевры, Генри слегка пожалеет, что выбрал Рождество с друзьями, а не с нами. Но я его понимала – по крайней мере, он их хорошо знал, поэтому чувствовал себя увереннее с ними. А о Ричардсонах не знал ничего, но подозрений у него набралось достаточно. И про меня, думаю, тоже знать не хотел. Очень не хотел. Поэтому провел этот вечер в резервации индейцев, а не в шикарном доме Ричардсонов. Я только надеялась, что он никогда не узнает правду: это его убьет.
Счастливая Мо выпорхнула из машины. Она радостно помахала нам из окна на прощание, когда наша машина отъехала от дома, который уже охраняли Лили и Джек, сдав Ханну Эдварду и Келлану.
Я сидела на краю скалы и, свесив босые ноги, смотрела, как Алиса передвигается по краю леса, играя в старую игру – подкрасться к оленю как можно ближе, не спугнув его. Именно подойти, а не прыгнуть. В прошлый раз ей оставалось всего два шага. Все еще нарядный Эдуард и настороженный Келлан сидели рядом и горящими глазами наблюдали за охотой. В этот момент в них было мало человеческого – два опаснейших хищника. Они даже немного нервничали, сопереживая Алисе.
Я уже утолила свою жажду, иссушив троих некрупных оленей. Эдуард был не в настроении и выпил кровь только двоих. Келлан же мечтал найти медведя. Наивный, разве только он вытащит его из берлоги собственными руками!
Алиса на охоте – это чарующее зрелище. Столько грации и смертоносной легкости. Она двигалась, словно танцевала танго. Я не уставала восхищаться ее грацией. До оленя оставался только один шаг, но крик ночной птицы спугнул его. Она издала разочарованное рычание и кинулась на вздрогнувшее от страха животное.
– Ну, почти, сестричка! – сказал Келлан и хитро посмотрел на Эдуарда, который сидел рядом со мной на корточках, словно изваяние.
– Ой, Бэль! – крикнул Келлан и бросился на Эдуарда.
Эдуард только слегка отодвинулся в сторону, и вся сила удара пришлась на скалу возле него. Каменная крошка посыпалась вниз, вызывая легкое эхо среди ночного леса.
– Келлан! Это же детский прием! – смеясь, сказала я.
– Хорошая попытка, – почти механически ответил Эдуард, не оборачиваясь.
Я посмотрела на него. Такой задумчивый. Я вздохнула.
Келлан с надеждой смотрел на брата.
– Давай, расскажи. Откровенность – залог крепкого союза! После секса! – сказал он, легко ткнув кулаком в плечо брата. – Эй, Алиса! Ну ты идешь? У нас еще четыре часа до рассвета. Идем, найдем что-нибудь повкуснее этих травоядных.
Алиса как раз насытилась и с довольным лицом приводила себя в порядок.
– Келлан, я только «за»! И кстати, нам скоро нужно будет возвращаться, потому что я обещала Лили сменить ее через час. Успеем?
– Конечно, сестричка! Я не хочу заставлять свою любимую сердиться.
Келлан деликатно оставил нас, видя, что нам нужно поговорить.
Он помахал нам рукой и через секунду стоял на соседнем выступе скалы, а потом вовсе исчез из виду. Я слышала, как он пробирался через лес, словно раненный бизон. А Алиса хитро шла на перехват, точно видя, в какой точке предстанет перед носом удивленного Келлана.
Мы просидели в тишине несколько минут. Потом я подсела ближе к Эдуарду и стала ждать. Мне не нравился такой пессимизм с его стороны. Я привыкла к более невозмутимому Эдуарду. Я все еще болтала ногами, ожидая, когда он, наконец, заговорит.
Эдуард вдруг зажмурился и, открыв глаза, осторожно сказал мне:
– Нам придется уехать, – сказал он едва слышно.
– Куда? – спросила я у него.
– В Принстон, конечно же! Будем жить среди студентов и ходить на пары.
– Звучит интригующе!
Он усмехнулся.
Я взволнованно взглянула на него. Это было не похоже на плохие новости. Мы поедем учиться в университет. Я не хотела себе в этом признаваться, но мне хотелось побывать, например, в Париже или ощутить атмосферу студенческого кампуса. Это меня манило. Хотелось немного расширить свои горизонты. Но и хорошими такие новости тоже не были. Переезд означал либо разделение семьи, либо то, что нам всем придется уехать из Бейнбриджа, Диксону оставить свою практику, а мне оставить Генри…