Дезинформация полностью

Когда пьеса «Наместник» была опубликована впервые, то есть в 1963 году, КГБ все еще пытался убедить мир, что Советский Союз не причастен к катынскому расстрелу. Сам Хоххут, конечно же, не мог что-либо знать о тайных усилиях КГБ скрыть факты об этой трагедии. Эксперты КГБ по клевете, работающие над «Наместником», не упустили, однако, шанса вписать в текст пьесы то, что было им на руку.

В пьесе итальянская семья евреев, принявшая христианство и живущая рядом с резиденцией папы римского, собирает вещи, готовясь искать убежище в монастыре. Отец и дед спорят о катынском расстреле, сообщения о котором появились в новостях. Дед заявляет: «Я знаю немцев лучше, чем ты… Это Сталин убил их». Сын настаивает на том, что это сделали немцы, обращая внимание на то, что «в их телах были найдены немецкие пули». В этот момент в комнату врываются офицер-эсэсовец и два итальянских фашиста-боевика, они хватают семью и отправляют ее в концлагерь {608}. Суть сцены, не имеющей никакого отношения к действию пьесы, заключается в том, что немцам нельзя доверять и они – виновники трагедии в Катыни. Несомненно, для Хоххута данный эпизод не представлял особого интереса, однако он представлял интерес для Москвы.

Исторические аспекты спектакля «Наместник» содержат очередные косвенные доказательства того, что эту пьесу создали эксперты по дезинформации. «Исторические пояснения», опубликованные вместе с пьесой, словно предугадывали те аргументы против Пия XII, которые будут использованы в его очернении в течение следующих сорока лет. Данный факт, наряду с остальными, указывает на коллективное авторство. Более того, один из пунктов «Исторических пояснений» выдает почерк советских спецслужб и идеально иллюстрирует то, как создается эффективная дезинформация:

«Как известно из разговора Пия XII с Адольфом фон Харнаком[65], папа, равнодушный скептик, также «не доверял» и истории. Именно по этой причине он хладнокровно рассчитал, что у него хороший шанс быть канонизированным при условии, если он сам приложит необходимые усилия в этом направлении. Что он и сделал. Однако его непопулярность в Ватикане явилась не единственным фактором, который вызывал сарказм у румынского монсеньера, который, в частности, заявил, что Пий XII уже канонизировал папу Пия Х и начал необходимые мероприятия по канонизации папы Пия IX, имея целью создать прецедент для своего собственного возвышения» {609}.

В предыдущем абзаце читателю предлагают необоснованную информацию о Пие как о «равнодушном скептике», об антипатиях высокопоставленных священнослужителей Ватикана, а также о том, что он разработал план, направленный на собственную канонизацию. Все эти обвинения имеют клеветнический характер и совершенно безосновательны. Более того, сюда искусно приплетено уважаемое имя Адольфа фон Харнака, ведущего немецкого протестантского теолога, жившего после 1890 года в Берлине, в том числе между 1925 и 1929 годами, когда Пачелли был папским нунцием в Веймарской республике. Вполне вероятно, два религиозных деятеля могли встретиться в то время, когда оба жили в Берлине, независимо от того, имеются ли этому фактические доказательства. Таким образом, Харнак стал тем «зерном истины», которое придало дезинформации правдоподобность в этом абзаце «Исторических пояснений».

Во время, когда не было интернета, Хоххут вряд ли имел доступ к каким-либо документам о частных высказываниях Адольфа фон Харнака, происходившего из хорошо известной берлинской семьи и умершего еще до рождения Хоххута. Однако исследователи, работавшие под руководством генерала Агаянца, несомненно, могли наткнуться на имя Харнака, когда прочесывали секретные архивы КГБ в поисках идей, как можно запятнать имя Пачелли в связи с его проживанием в Берлине.

Документами, на которые офицеры по дезинформации могли опереться в качестве отправной точки исследования, несомненно, стали многотомные отчеты Арвида Харнака, а его КГБ считал своим самым важным немецким агентом во время Второй мировой войны. Арвид проживал в Берлине и был племянником Адольфа фон Харнака. Его призвали в армию в 1930 году, и Арвид потерял связь с советской разведкой во время ее «чисток», однако 17 сентября 1940 года возобновил работу на нее благодаря вновь назначенному заместителю руководителя советской резидентуры в Берлине Александру Михайловичу Короткову, который дал ему новый оперативный псевдоним – «Корсиканец». Арвид руководил разведывательной сетью, состоявшей где-то из шестидесяти агентов, добывавших ценные сведения экономического и политического характера {610}. 7 сентября 1942 года Арвида арестовало гестапо, спустя три месяца ему вынесли смертный приговор и казнили {611}.