– Паршивой. Кстати, Аларих считает, что она тебе вредит.
– Она? Мне?
– Тебе. Спорить тут не о чем. Просит – отдай.
– Сейчас, сейчас, сейчас, – ответил лорд Эмсворт. – А потом и замок, чего уж там! Пойду почитаю, пока он не забрал все книги.
Слова эти были очень хороши – остро, горько, беспощадно, однако несчастного графа они не утешили. Опыт неисчислимых битв подсказывал ему, что Конни не знает поражений. Борись, вздымай руки к небу, потрясай кулаками – все равно победит она.
Через десять минут в церковной прохладе библиотеки лорд Эмсворт тщетно глядел в книгу «Уход за свиньей». Он был один в безжалостном мире. Ему был нужен друг… советчик… сообщник. Бошем? Нет, не то. Бидж?! Да, он поймет, но вряд ли что-то придумает. Галахад, умнейший из людей, куда-то уехал…
Лорд Эмсворт встрепенулся. Он вспомнил, что у брата есть друг; а брат этот не станет дружить с кем попало. Если он говорит о ком-то «Ого-го!», так оно и есть. А именно это он неоднократно говорил о пятом графе Икенхеме.
Глаза под пенсне сверкнули. Лорд Эмсворт посмотрел на полку, где стоял справочник Дебрета. Поехать в Лондон, позвонить, посоветоваться – и
– Кларенс!
– Да?
– Ты говорил Алариху, что готовишь свинью к бегам?
– Нет. Я сказал, что не готовлю.
– Значит, он не понял. Хочет пригласить доктора.
– Какая наглость!
– Езжай в Лондон.
Книга упала у него из рук.
– Кларенс, это невыносимо! Да, ты не любишь ездить в город. Но выбора нет. Я все время думала, что Алариху нужен врач, но боялась его обидеть. Ты знаешь Глоссопа?
– В жизни не слышал.
– Самый лучший психиатр. Сэр Родерик Глоссоп. У леди Джиллет он буквально спас племянника. Езжай пригласи сэра Родерика в клуб, все объясни. Расходы я беру на себя. Поспеши, надо успеть к двухчасовому поезду.
– Хорошо, – сказал граф.
Когда дверь закрылась, лицо у него было такое, каким оно бывает у людей, увидевших чудо. Ноги несколько дрожали, но, подойдя к полке, он взял алый с золотом справочник «Пэры Англии».
Бидж, услышав звонок, поспешил в библиотеку.
– Милорд?
– О, Бидж! Соедините меня, пожалуйста. Номера я не знаю, зато знаю адрес: Хэмпшир, Икенхем, Икенхем-Холл. Попросите лорда Икенхема.
– Сию минуту, милорд.
– И когда дозвонитесь, – прибавил лорд Эмсворт, – перенесите аппарат ко мне.
Если ваша машина исправна, от Лондона до Хэмпшира вы доедете быстро. Мартышка Твистлтон прибыл в Икенхем за несколько минут до полудня, то есть именно тогда, когда в далеком Шропшире лорд Эмсворт открыл свою книгу об уходе за свиньей.
Перед домом, на крутом повороте, прикрытом кустами, он повстречался с машиной побольше и, мельком увидев багаж, со страхом подумал, не уезжает ли дядя. Но нет; подъехав ближе, он обнаружил его на ступеньках террасы.
Фредерик Алтамонт Корнуоллис Твистлтон, пятый граф Икенхем, был высок, изыскан и усат. Молодым мы его бы не назвали. Весна, оживлявшая Англию суматохой тепла и холода, была одной из многих весен, пронесшихся над его головой, которая и обрела с их помощью приятный стальной цвет. Однако годы не лишили его ни стройности, ни неукротимости. Вместе с талией он сохранил повадки подвыпившего студента – хотя, конечно, во всей своей славе представал не здесь, а в Лондоне.
Именно поэтому Джейн, его жена, разумно решила, что вечер жизни он проведет в сельской местности, пригрозив страшными карами, если он нарушит повеление. Как ни странно, его красивое лицо светилось мягким светом, ибо она только что уехала, далеко и надолго. Он ее очень любил, твердо веря, что более прелестного создания просто нет на свете, но – что поделаешь! – понимал, что в ее отсутствие он сможет глотнуть столичного воздуха, без которого не захочешь, а заржавеешь.
Увидев племянника, он засиял еще сильнее. В его обществе граф провел немало счастливых и поучительных часов. Поход на собачьи бега до сих пор снился Мартышке.
– А, это ты! – воскликнул пэр. – Очень хорошо. Ставь машину, иди сюда. Какое утро! Вчера я видел тут у нас американский вестерн, и герой говорил, что его наскипидарили. Вот и я так. Закваска весны бродит в моих жилах. Начальства нет…
– Это тетя Джейн уехала?
– Да, Большой Белый Вождь.
Мартышка любил и уважал свою тетю, но, кроме того, боялся и сейчас ощутил облегчение. Как многие тети, она обладала переразвитым чутьем. Взглянув на него, она бы догадалась, что он на мели, а там уж он и сам бы признался, где просадил деньги. Что было бы в этом случае, он думать не хотел.
– Покатила в Дувр, – продолжал граф. – Едет к матери на Ривьеру, будет за ней ухаживать.
– Значит, ты один?
– Если не считать Валерии.
– Ах ты, черт! Она здесь?
– Вчера приехала, мечет пламя. Слышал новости? А может, ты явился ее утешать?
– Не совсем. Вообще-то, между нами говоря, я бы не хотел ее видеть. Я там был, когда они ругались, и защищал Хореса.
Лорд Икенхем кивнул:
