Как знак, с колонок звучит попсовая песня, популярная лет десять назад, и я подобрав полы платья, присоединяюсь к танцующему кругу цыган. Я искренне смеюсь, наслаждаюсь жизнерадостной компанией и стараюсь ни о чем не думать. Никаких душевных терзаний и мытарств. Сегодня все проблемы остаются за металлическими воротами цыганской деревни.
Когда я все же добралась до бывшего мужа, то молча уставилась перед собой, пытаясь вспомнить, что я от него хотела.
Демьян, судя по философскому выражению лица, тоже дошел до стадии, когда телом еще здесь, но мыслями парит высоко над землей. Мы некоторое время смотрим друг на друга. Я растерянно оглядываюсь по столам, и Демьян спасает неловкую ситуацию банальной фразой:
— Потанцуем?
— Вообще-то, молодой человек, — я игриво начала, накрутив локон волос на палец, — я замужем. И мой муж до чертиков ревнивый собственник.
Язык от выпитого заметно запутывался, но я старалась придать лицу невозмутимый вид. Типа, так надо.
Но Демьян не оценил мою шутку. Он подскочил на ноги и посмотрел на кого-то позади меня.
Его лицо застыло перекошенной гримасой, а на лбу выступили капельки пота. Казалось, он увидел там собственную смерть.
— Да, Юль, муж у тебя до пиздеца ревнивый, — звучит знакомый металлический голос.
— Глеб… — я беззвучно шевелю губами, содрогаясь от пронизывающего понимания, что это и правда он.
Тело мгновенно покрылось мурашками, а воздух застрял в горле и никак не хотел проталкиваться ни в легкие, ни наружу. Это мне показалось?
Я оборачиваюсь, как в замедленной видеосъемке, всей душой желая, чтобы это был пьяный аудиоэффект. Но уверенность, трусливым солдатом покидает моё тело, когда я натыкаюсь на потемневший от злости взгляд Глеба.
Дыхание снова застряло в моей груди. Мое ранее спокойствие затрещало по швам. Будто я босыми ногами ступила на раскаленные угли.
Глеб не двигался, с нескрываемым пренебрежением скользил по мне взором. Его губы искривляются в страшной ухмылке.
— Соскучилась, женушка?
Прошли несколько суток от нашей последней встречи с Глебом, а кажется, будто мы не виделись целую жизнь. Еще позавчера он смотрел на меня с обожанием и любовью. Может, и умело наигранной любовью, но все же… А сегодня в его пристальном взгляде плещется нескрываемое отвращение. Словно перед его взором находится противное надоедливое насекомое, и он прикладывают много усилий, чтобы его не прихлопнуть. Желваки ходят волнами по лицу мужа, крылья носа широко раздуваются, но он продолжает смотреть на меня, ожидая ответа или объяснений. Под нахлынувшим адреналином выпитый алкоголь моментально улетучился из моего тела, оставляя мне в подарок трезвый рассудок.
— Какими судьбами, Глеб? — я не удержалась от издевки, скрестив руки на груди. Зная всю правду, что он скрывал. Все то зло, что сотворил за восемь лет, я не позволю ему сейчас сделать меня виноватой. — Тоже на свадьбу захотел?
Язвительность — моё все, особенно, когда боюсь. Острый язык иногда компенсирует мою физическую слабость. Хотя в случае с Глебом, я не была в этом до конца уверена. Да и чего скрывать? Мне до чертиков страшно возле него.
Глеб вернул мне взгляд полный ненависти и презрения, так что я слегка отпрянула.
— А это такой большой секрет? — со смешком парировал он. Его непринужденная поза, язвительные ухмылки — все это заставляло меня дрожать. Словно я попалась в лапы хищника, который одним рывком оторвет мне голову.
— И все же? — я придала притворной уверенности своему голосу.
— Стас подсказал, где ты спряталась, — Глеб холодно ответил.
Я нахмурилась и поджала губы. Конечно, кто же еще.
Муж взял меня за плечи и с легкостью отодвинул в сторону.
— Вот про Демьяна он, почему-то, забыл упомянуть. Сто лет не виделись, Друг, — с акцентом на последнем слове протянул Глеб
Я напряглась от плохого предчувствия. Россыпь мелких мурашек холодом пощекотали спину. Его напускная приветливость и спокойствие пугали больше, чем открытая агрессия.
— Глеб, давай мы спокойно поговорим, — резко протрезвев, произнес Демьян, пытаясь утащить его за локоть подальше от веселящихся гостей. — Не надо портить людям праздник.
Глаза Глеба сузились, а губы превратились в тонкую линию. Он склонил голову набок, словно тщательно раздумывал что-то.
— Я и не собирался портить людям праздник, — закатывая рукава на кипенно-белой рубашке, с усмешкой протянул муж. — Но как говорят: “Какая свадьба без драки?”, — он довольно обнажил ряд зубов и молниеносно зарядил кулаком Демьяну в нос.
Красные брызги крови оросили лицо и выглаженную одежду мужа.
— Что ты делаешь?! — я истошно заорала, перекрикивая попсовую песню. Я пыталась привлечь внимание присутствующих в надежде, что кто-то из них придет на помощь. Что кто-то по-любому оттащит разъяренных мужей друг от друга.
Только зря. Гости продолжали пить и веселиться.
А мужья в это время умело махали кулаками и не обращали на мои просьбы никакого внимания.
