Она отстраненно слышала, как охнула, хотя внутри ничего не почувствовала. Она не собиралась реветь и терять перед ним лицо. Вдруг она почувствовала себя глупо. То он был волшебным незнакомцем, милой мечтой, а теперь – обычный коп. Приносит плохие новости. И, возможно, рапорты. И новые ордера. И новые вопросы. От таких всегда сплошные вопросы. Никогда – ответы.
– Я не поверила, когда услышала, – сказала она мрачно. – Думала, может, на самом деле утонул Пиджак.
– Нет. Утонул Сосиска. Наш человек – ваш – этот Пиджак жив. Я видел его этим утром.
– Он в порядке?
– Ранен в грудь. Но цел. Жить будет.
– Где он?
– Больница в Боро-Парке.
– Почему его увезли в такую даль?
Катоха пожал плечами.
– Еще Димса Клеменса ранили в левое плечо. Тоже выживет.
– Господи. Они ранили друг друга?
– Неизвестно. Еще стреляли в третьего. Рэндалл Коллинс. Убит.
– Такого не знаю.
– Судя по всему, у него было прозвище.
– Здесь у всех есть прозвище.
– Шапка.
– Этого знаю, – сказала она кратко, чтобы отрезать подступившие к горлу слезы. Стоит им политься, как их уже не остановить, знала она. Она не будет плакать перед ним. Потом первый прилив шока и печали прошел, а Катоха все еще молчал, так что она снова заговорила, просто чтобы сохранить самообладание: – Что нужно от меня?
– Какие причины есть у вашего Пиджака, чтобы застрелить этих двоих?
– Тебе причины известны не хуже, чем мне, – сказала она.
Взгляд Катохи поднялся к крыше дома перед ним. Он заметил, как за край спрятался пацан. Дозорный, подумал он.
– Вообще-то нет, – сказал он. – Я видел вашего Пиджака в больнице этим утром. Ранен рядом с сердцем. Ему провели операцию и извлекли пулю, он в порядке. Но еще не пришел в себя. Под лекарствами. Плохо помнит события. Мы говорили всего несколько минут. Он говорит, что не стрелял в Димса.
– Похоже на Пиджака. Он стрелял пьяным – по крайней мере, в первый раз. Говорит, что ничего не помнит. Наверняка так и есть.
– Ваш Пиджак – он говорит, всех застрелила женщина.
– Что ж, наверное, человек что угодно скажет, лишь бы не угодить в тюрьму.
– Я передал ему, что его приятель Сосиска утонул. Он это принял тяжело.
Катоха помолчал, пока она закусила губу и, сморгнув, проглотила слезы.
– Ты уверен, что он утонул? – спросила она.
– Уверен, что мы не можем его найти. Мы нашли вашего Пиджака в судейской форме. Рэндалла, мертвого пацана. И Димса, раненого. Ни следа Сосиски.
Она молчала.
– Я же говорил, что это серьезное дело, ну? – сказал Катоха.
Она отвернулась и ничего не ответила.
– Они были близкими друзьями, эти двое? Телониус Эллис – ваш Пиджак – и мистер Одум? – спросил Катоха.
– Очень близкими. – На какой-то миг сестре Го захотелось рассказать Катохе, что нет никакого Ральфа Одума. Что Ральф Одум на самом деле – поддельное имя Сосиски. Что его настоящее имя – Телониус Эллис. И что настоящее имя Пиджака – Каффи Ламбкин. И что эти двое каждую неделю менялись водительскими правами. Но пока Катоха не сказал ни слова о Каффи Ламбкине. Что-то здесь не так.
– Пиджак очень переживал, что его приятель утонул. Он был слаб, но без конца о нем говорил. Тогда я сказал, что мы не уверены, утонул его друг мистер Одум или нет, хотя на самом деле уверены. Картина ясна. У нас есть свидетель со старой лакокрасочной фабрики, он слышал выстрел и видел, как упал Димс. Свидетель показал, что Димс выполз из гавани. Но не старик. Еще в воде нашли личные вещи Сосиски. Кепку жилконторы. Форму жилконторы. Когда прибыли ныряльщики, течение шло в океан. В это время года течение быстрое. Вода холодная. В холодной воде тела тонут, не задерживаются на поверхности. Сегодня попозже ныряльщики найдут тело.
– Ты спросил Димса, что случилось?
– Он молчит.
– Раньше я бы сказала, что все будет наоборот, – сказала сестра Го. – Что это Димс застрелит Пиджака. Или их обоих. Сосиска терпеть не мог Димса. Но Сосиска не стал бы стрелять в живых людей. Как и Пиджак. В здравом уме. Пиджаку Димс нравился – он его любил. Даже когда стрелял, все равно любил. Он много лет учил Димса в воскресной школе. Тренировал на бейсбольном поле. Это же что-то да значит?
Катоха пожал плечами.
– Если жаришь с пацаном в походе маршмеллоу, еще не факт, что он станет бойскаутом.
– Забавно, – сказала она. – Пиджачок столько раз обманывал смерть… А Сосиска – он никогда не попадал в неприятности. Ты уверен, что нет никакой ошибки? Они очень похожи, между прочим.
– Это Пиджак, все точно. Мы проверили кошелек. Его водительские права с фотографией.
– Его права?
Она почувствовала, как в голове вспыхнула искорка, вспомнила праздник в честь Супа и как Сосиска сказал, что это Пиджачок ходил в транспортное бюро и получил права на настоящее имя Сосиски – Телониус Эллис. Которые в тот же день Сосиска и забрал у Пиджака.
– Он даже был в судейской форме, – добавил Катоха, – а мне говорили, он иногда ее носит.
