"... Подобно арфам и лютням, флейтам и трубам, скрипкам и органам, подобные бесчисленным хорам, начали развёртываться темы Илюватара. И звуки бесконечно чередовались в гармонично созданных мелодиях, уходивших за пределы звука в глубину и высоту. Мелькору <...> были даны величайшие дары могущества и знаний, к тому же он имел часть во всех хорах, полученных его братьями... У него стали возникать собственные замыслы, отличные от замыслов собратьев. Некоторые из этих мыслей он начал вплетать теперь в свою музыку... ... Илюватар заговорил снова: "Смотрите на дело вашей музыки. Это то, что вы напели, и каждый из вас найдёт в его содержимом, в задаче, которую я поставил перед вами, всё то, что, как ему могло бы показаться, он придумал или добавил сам. И ты, Мелькор, обнаружишь, что они -- не более, чем часть целого и помогают его славе..."
... Так как каждый из них знает содержание своей музыки, всем Валар известно многое о том, что было, есть и будет... Но в каждой эпохе происходит что-то новое и непредсказуемое, не возникающее из прошлого..." [1]
I. Создание Колец
The Creation of the Rings
Красота есть истина,
а истина -- красота.
Дж. Китс.
Кем они были?
Членами таинственного и могущественного Ордена Магов или летописцами безвестных земель. Одними из немногих Высоких Эльфов, не ушедших на Запад, или капитанами Белых башен Гондора?
Или просто людьми?
Джон Толкиен. Роджер Желязны. Иван Ефремов. Айзек Азимов.
Властелин Колец. Эмберовский цикл. Час быка. Основания. Разные полюса фантастики. Великие книги двадцатого века.
Их воздействие на общественное сознание, привыкшее искать решения на путях силы и власти, несообразно велико и, потому, требует объяснений.
Автор, создавая своё произведение, исходит только из собственного представления окружающего мира, и, значит, его книга связана с реальностью преобразованием отражения. Гомоморфизмом, сохраняющим структуру отношений. Однако созданная таким образом картина мира бывает, порой, искажена до неузнаваемости.
Множество связей во Вселенной бесконечно. А это означает, что отобразить её однозначно в ограниченное дискретное пространство текста невозможно. Таким образом, картина действительности, будь она научной или художественной, уже по своему происхождению обречена на неполноту и приближённость. Кроме того, так называемое "соотношение аспектной неопределённости" запрещает одновременно одинаково полное описание противоположных свойств систем. Значит, даже однородность преобразования не может быть достигнута.
Потому-то произведения "фотографического реализма" не дают и не могут дать информацию о внутреннем. И отличие таких книг от реальности больше, чем разница между чёрно-белой фотографией и голографической видеозаписью.
Целью всякого познания является выявление связей окружающего мира, значит, по нашему определению, создание художественного текста есть познание. Однако, главный герой всякого произведения -- человек. И оно должно отражать его чувства, отношения, мотивы поступков. Попытки авторов описать эти параметры "напрямую" в рамках классических подходов приводят к появлению книг, больше похожих на научные и философские трактаты.
Противоречие может быть разрешено, в частности, созданием текста, "ортогонального" реальности. Толкиену это удалось. (*a)
Его мир не менее реален, чем наш, и живёт собственной жизнью, подчиняясь своим законам.
Ключевое слово здесь -- "системность". Введённое в философию Энгельсом, в этом случае оно означает согласованность, связность ситуаций и событий, выполнение "правил игры".
"Придумать зелёное Солнце легко; трудно создать мир, в котором оно было бы естественным". [2]
Всегда кажется, что кроме написанного на страницах толкиеновских книг есть нечто большее. Его герои радуются, грустят, ненавидят и за рамками повести. В этом его книга реальнее многих произведений "серьёзной" литературы. Такие произведения модно рассматривать как закономерное продолжение пути художественного познания реальности.
Приём создания "ортогональной реальности" является характерным для всего жанра "science fantasy", нашедшего своё достойное воплощение в книгах Дж. Толкиена и Р. Желязны.
Несмотря на огромные возможности, открывающиеся в направлении анализа художественных особенностей толкиеновских текстов, мы перейдём к изучению их смысловой нагрузки.
Но стоит, хотя бы отчасти, ответить на вопрос, поставленный в начале статьи.
Все книги создают свой язык. И язык перечисленных лучше соответствует действительности, чем существующий.
Этим языком пользуется всё больше людей, увеличивается объём его лексики, уточняется семантика, формируется фразеология. И, значит, он необходим.
][. Гибель Колец
The Death of the Rings
Three Rings for the Elven-kings
under the sky,
Seven for the Dwarflords
in their halls of stone,
Nine for Mortal Men doomed to die,
One for the Dark Lord
on his dark throne
In the Land of Mordor where
the Shadows lie.
One Ring to rule them all,
One Ring to find them,
One Ring to bring them all
