Социетальный глобализм использует механизм внешней самоорганизации для опосредованного воздействия на разум личностей по линии биосоциальной связи. Субъективность сообщества, учитывая объективную направленность развития, вырабатывает общечеловеческие ценности в виде законов, традиций, обычаев и прочих атрибутов существования. Эти ценности укореняются в социальном пространстве и составляют постоянный антураж при рефлексиях и разумных действиях личностей.
С другой стороны, разум сообщества, его субъективность испытывает непрерывные воздействия со стороны личностей по обратной биосоциальной связи. Это приводит к разумной корректировке целостности существования социетального бытия. Коллективный разум сообщества развивается в связке социальной и личностных субъективностей. Но эта связка находится под сильнейшим прессом со стороны всеобщей природной субъективности с ее внешней самоорганизацией точечного и структурного отборов. При этом чисто субъективистские флуктуации сводятся к минимуму и относительно быстро уходят в историческое небытие.
Распады великих империй прошлого тому свидетельство. Поскольку они создавались по воле неразумия с претензиями на мировое господство, они имели короткое время существования и поглощались коллективным разумом. Глобализация разума происходит непрерывно. Однако сообщество не всегда достаточно уравновешивает свою целостность с личностями. Остаются лазейки для искажения ценностных доминант со стороны государств. Этим пользуются в новейшее время глобалисты, нагружая разум эксцессами кризисов и войн.
Социетальный глобализм воздействует на социумы совместно с личностями. Таким образом, на человека, его осознание и субъективность идет воздействие всех четырех глобализмов: точечного, структурного, грегарного и капитального. В результате имеет место многоплановый ответ разума в отношении нахождения смысла, в том числе смысла жизни. Да, глобализация может «замутить» разум, но только в том случае, если этот сам разум мало разумный и не видит тенденций самоорганизации сущего.
Мы достаточно подробно рассмотрели причины зарождения и становления глобализации и ее неизбежную связь с духовной сферой человечества. Стало понятно, куда мы идем, почему идем именно туда, и какие имеются пути выхода из уже имеющегося глобального кризиса. Пути выхода из глобального кризиса умов проясннлись. Но реализация этих путей находится под таким вопросом, что можно только от этого впасть в «экзистенциальный вакуум». Ноосфера – сфера разума оказывается настолько хрупкой и ранимой, что ей одной никак не удается совладать с буйством капитального отбора. Нужна помощь.
Рассмотрим ряд кардинальных вопросов:
Почему такое имеет место, что капитальный отбор преобладает над грегарным?
Какую помощь мы можем оказать разуму?
Может быть, дело и в том, что сама ноосфера еще недостаточно развита?
Что нам делать дальше?
На первый вопрос мы уже отвечали так: капитальный отбор неизбежно будет опережать отбор грегарный. Почему не наоборот? Мы знаем неоднократные попытки такого «опережения». Но все они приводили к обессмысливанию общественного труда, к потере интереса к нему. Взять хотя мы пресловутое и обещанное коммунистическое общество…
Духовная сфера на деле оказывается вовсе не придатком сферы материальной. Однако даже небольшой дебаланс равновесия между ними приводит к большому ущербу в деле развития связки общество-личность. Сразу появляются отчуждения и самоотчуждения. Как же самоорганизация? Ведь она должна регулировать направленное развитие. Она сама регулируется объективными отборами. А всякий дебаланс направленного равновесия создается субъективно-случайно в ходе социетального глобализма.
По второму вопросу можно отметить, что немалые рычаги помощи разуму потенциально имеет государство. Почему оно столь медленно разворачивается, имея их в руках? Причины все те же – материальный интерес. Но к нему добавляется немалый довесок в виде бессилия властей от слабости экономики, чрезмерного желания реформ и их ускоренного проведения, инерционности исполнительности со стороны обюрокраченного государственного аппарата. Ощущается слабое развитие экономической науки, которая не может разложить эти реформы «по полочкам» бытия в ходе глобализации разума.
