— Я каюсь… — слёзы предательски стали капать на руки старика. — В жизни не было и дня, чтобы я не помнил этого момента. Я не хотел. Я не хотел…
— Я знаю-знаю, дорогой мой. Я знаю. — мужчина в белом костюме положил руку Игорю Николаевичу на плечо и старик почувствовал, как боль отходит и становиться спокойней.
Он на секунду закрыл глаза, чтобы слёзы спали на щёки.
Когда он открыл их — в машине он был один.
— Что за чертовщина?! — тихо, захлёбываясь слюной, спросил старик. — Что же это такое? Господи. Прости, Господи.
Он потёр глаза и включил поворотник чтобы развернуться.
— Спокойно-спокойно…
Почудилось…
Мне просто почудилось…
Совсем уже крыша поехала.
Идиотский день…
Пиздец, прости Господи…
Ну ладно…
Надо ехать в парк!
Надо доехать…
Ради дочки…
Ради внуков…
Почудилось…
Старый дурак! Совсем заработался!..
Надо доехать…
И всё.
И всё………..
С Богом!
В преподавательской кафедры прикладной математики Московского Технического Университета Эдуард Николаевич и Аристарх Петрович уже перешли на крик.
— Да я вам докажу! — не унимался Аристарх Петрович. — Вы увидите, что это возможно и будете кусать локти!
— Голубчик, да что вы такое говорите? Ну как можно верить в такие глупости? Видимо ваша новая дама сердца окончательно вскружила вам голову!
— Эдуард Николаевич, мы с вами люди цифр и посвятили всю жизнь изучению комбинаций, формул и прочим атрибутам математики. Но давайте просто на секунду представим! Просто на секунду, что такое возможно. Существует некая высшая сила, которая подсказывает нам верные решения. Помогает нам выбрать верный путь.
— Аристарх Петрович, дорогой. Поймите меня тоже правильно! Зная вас уже столько лет, мне просто странно видеть вас настолько взволнованным по этому вопросу. Вы — человек великого ума, говорите мне о том, что есть какие-то вселенские знаки и что они окружают нас повсюду. Не вы ли, дорогой мой, буквально в прошлом месяце отругали студента, который не пришёл на пару за то, что ему было видение не приходить на занятия?
— Вы меня немного не правильно понимаете. Я не фаталист, ни в коем случае! И от человека действительно многое зависит. Я говорю лишь о том, что в нашем мире отображаются множество знаков, позволяющих нам облегчать своё существование. И знаки эти мы упорно не хотим замечать. А они же вот! Прям под носом!
— Ну какие? Какие знаки, Аристарх Петрович? Если у меня в холодильнике закончилась докторская колбаса — это знак того, что я буду завтракать яичницей без докторской колбасы? Тогда, бесспорно!
— Нет, более глобально! Да и не можем мы увидеть всех знаков! Иначе человек станется сверхчеловеком! Это не каждому дано.
— А вам, стало быть, дано?
— Я работаю над собой. Мы с Жанночкой ходим на курсы принятия вселенной.
— Господи! — разразился хохотом Эдуард Николаевич, — Я вас ради всего святого прошу, не ляпните чего-то подобного на заседании кафедры.
— Вы имеете право не верить, я вас не осуждаю. Но это путь который выбрал я и мне нравится следовать ему.
— Хорошо. Вы так уверены в своём… Пути. Давайте заключим пари? Купите лотерейный билет. И найдите в ваших знаках комбинацию цифр, которая принесёт вам джек-пот. К чёрту, даже если выпадет больше половины цифр, то я признаю вашу победу.
— Но это не так работает, Эдуард Николаевич.
— То есть вы признаёте всё-таки абсурд ваших слов?
— Нет, я просто… Пытаюсь вам объяснить, что…
Аристарх Петрович грустно выдохнул. Эдуард Николаевич загнал его в угол. Ему оставалось либо рискнуть своими идеями, либо безоговорочно капитулировать.
— Хорошо. Я принимаю пари. В случае вашей победы — я признаю, что идеи о знаках вселенной глупы и не имеют никакого обоснования. Но если выиграю я — вы согласитесь с моими идеями.
— Договорились!
— И сходите со мной на курсы принятия вселенной.
Эдуард Николаевич сдвинул густые седые брови к переносице.
— Ну, пусть по вашему. В своей победе я уверен.
Они ударили по рукам и Аристарх Петрович вышел из преподавательской.
Вечером того же дня в небольшую квартирку в Ломоносовском районе импульсивная Жанна прибыла навестить своего обожаемого профессора.
— Арик, — она крепко обняла его, — я знала, что мы встретимся сегодня! Я ждала этого. И я видела дворника так похожего на тебя. Я сразу поняла — это знак! Я должна видеть тебя сегодня и слиться с тобой в потоке млечного пути.
— Ах, Жанночка, — грустно произнёс Аристарх Петрович, — мне нужно поговорить с тобой, милая.
— Что такое, мой любимый? Чем ты обеспокоен?
— У нас на кафедре есть один профессор. Великий математик. Пытливый ум. Мой хороший товарищ. Мы поспорили с ним сегодня.
— Поспорили?
— Да… Понимаешь, зайчонок, он не верит. Не верит в то, что вселенная — это наша мать. И, как заботливая мать — она даёт нам знаки внимания. Он назвал это всё глупостью и околесицей.
— Арик, дорогой. Не все готовы понять суть мироздания. Вселенная не обижается на таких людей. За счёт них в нашем мире и достигнут баланс. Ты же читал «Вселенскую заботу» мастера Григория?
— Я начал… — оправдывался Аристарх Петрович, хотя, конечно он к этой книге и не притрагивался.
