Нечто вроде почтовых ящиков, куда каждый помещает тексты и картинки, чаще всего, фотографии. Мужчины со всей планеты отсылают туда фотографии своих подружек и ждут комментариев. Группы специализируются по расам, возрастным категориям, сексуальной ориентации, индивидуальным особенностям, там изображены портреты крупным планом и американским планом – до пояса. Собрание эротических фантазий со всего света.
Это сильнее его. Каждый день, по возвращении с работы, Жан Патрик всецело отдается занятию этим серфингом. Два клика и гоп: характерное потрескивание модема. Сандрина думает, что он работает или играет. Проходят месяцы, он прогрессирует. Через некоторое время Жан Патрик уже умеет загружать несколько последовательных звуковых видео-эпизодов. Один японский сайт предлагает визуальные услуги гейш – они выполняют перед веб-камерами желания, которые вы набираете на клавиатуре. Пришлось освежить свой английский! Новый пакет программ позволяет компьютеру улавливать то, что говорится под диктовку. Неоспоримое преимущество: руки совершенно свободны! Правда, требуется постоянно наращивать объем памяти, и чтобы удержаться на странице, нужно периодически докупать две или три фигульки – но оно того стоит. Да и с памятью – ничего страшного – она продается в небольших брусках.
Строительные работы в доме застопориваются. Сандрина не может позвонить своим друзьям, телефонная линия всегда занята. А какие приходят телефонные счета! Что касается столь желанного ребенка – хроническая усталость мужа и все чаще повторяющиеся у него «выходы из строя» заставляют ее задуматься об искусственном оплодотворении. Но она не говорит об этом Жану Патрику, боясь его обидеть. И вообще, она абсолютно не доверяет всем этим высоким технологиям!
Роже расставил на низком столе дюжину различных блюд – из сырой рыбы, из хрустящих на зубах овощей, из белого риса – и двое мужчин уселись перед ним по-японски. Столовая, смежная с залом для занятий восточными единоборствами, в отличие от гостиной, была строгой, без излишеств. На низком столике стояли предметы сервировки и рамка, в которую был заключен рисунок пером, изображавший женский профиль. Художник немало потрудился над игрой света и тени. Марсьяль подумал про себя, что эта женщина – Элен, но ни о чем не спросил. Между стеклом и бумагой заложен засушенный цветок сливы.
– Поваренное искусство, наряду с неотъемлемой его частью – дегустацией, сродни любви: в нем тоже задействованы все пять чувств. Ты когда-нибудь влюблялся, Марсьяль?
– Думаю, что да… Вернее, у меня
– Что это значит?
– Я никак не решаюсь признаться. Довольствуюсь восхищением и тайным обожанием предмета своих желаний. Редкие мои попытки потерять невинность не поощрили меня к дальнейшим поискам приключений. Всякий раз я бил мимо цели. Либо я произносил какие-то бестактности, либо, того хуже: допускал оплошности. К примеру, я несколько месяцев был влюблен в Паскаль. Она учится на одном курсе со мной, на экономическом факультете, мы вместе проходили стажировку в магазине.
– И что же?
– Как-то мы остались одни, на складе, в подвале магазина. Я запер дверь, взял ее за руку и хотел ее поцеловать.
– И что она?
– Хочешь знать, что она сказала – чтобы я шел куда подальше, и что я не на ту напал!
– Тебе не повезло! Ты нарвался на злую женщину. Такое случится еще не раз. Добрая сказала бы тебе совсем другое!
– Ты говоришь, словно о какой-то технической инструкции!
– Не обижайся, я просто имел в виду то, что принято называть «пораженческим поведением». То есть влюбляться исключительно в тех, кто тебе не подходит. Или в людей с особым изъяном, который неизбежно приведет к разрыву отношений.
– Для чего ты мне это говоришь?
– Наверное, для того, чтобы тебя предостеречь. Не зная об этом, ты не будешь отдавать себе отчет в своих действиях. Я знал немало мужчин и женщин, зацикленных на подобном типе поведения и страдающих от него всю жизнь. Зато бывают мгновения, когда твоей глубинной натуре дано распознать взаимодополняющую свою половинку.
– А с кем так было у тебя? С Розой или с Элен?
