Диалоги пениса полностью

Обсуждение длится несколько минут. Новости хорошие. Он отключает трубку. Жану Танслену тридцать четыре года. Красивый парень – живое воплощение успешности. И она ему идет, словно перчатка из дорогой кожи, подогнанная точно по мерке. Обосновавшись в Мадриде, так как жена его испанка, он за одиннадцать месяцев из двенадцати успевает объездить пятнадцать стран. Он руководитель продаж Вакио – крупнейшей в Северной Европе фирмы по мобильной телефонии – осуществляемых во всех странах Европейского Союза. Со своими двумя дочками он видится не часто. Ситуация изменится лет через пять-шесть, когда у него на книжке накопится достаточно сбережений, чтобы он мог дать себе передышку. «Если я не загнусь», – думает он с улыбкой. А пока, он просто не имеет права не вскочить в этот последний вагон метро, который несется на полных оборотах, точно сверхскоростной поезд. За последние два года, с появлением порталов выхода в Интернет, для мобильных телефонов открываются огромные возможности. Жан Танслен считает, что новая технология получит широкое распространение не раньше, чем через три года, но все равно, здесь есть рациональное зерно, надо бы его перемолоть.

Поступил он на фирму Вакио простым продавцом, в магазин парижской группы, и по прошествии девяти лет стал одним из руководящих ее работников. Вся жизнь его перевернулась после того, как он встретил Сольвейг.

В ту пору Сольвейг была генеральной директрисой по Европе, Африке и Среднему Востоку. Блондинкой, как положено шведке, она была, однако, с юной красоткой, обычно изображаемой на рекламных проспектах по туризму, не имела ничего общего. Плотная, как лесоруб, грациозная, как кобыла для пахоты, и по приветливости сравнимая разве что с гильотиной. Она присутствовала на лекции по обучению кадров, причем вела ее не сама, а просто пришла взглянуть, как выпутается из этого «ее» инструктор. Тип этот чувствовал себя неловко, и Жан Танслен сразу приметил, что в такое состояние инструктора ввергла крупная блондинка, сидящая в зале. В перерыве он подошел к ней и произнес несколько лестных фраз, недвусмысленно и напрямую. Почти по привычке. О, никакого скрытого умысла! Он и понятия не имел, к кому обращался. Два часа спустя он уже находился в гостиничном номере означенной девицы, в Ибисе, на Порт де Версаль, и драл ее в хвост и в гриву.

Если остановиться подробнее на разнице в габаритах и на громкости совершенного подвига, то можно представить жокея Ива Сен-Мартена верхом на Урази, в девятом заезде престижных скачек на Приз Триумфальной Арки. Скаковая лошадь Урази выглядела, пожалуй, поизящнее. Что касается шумового эффекта – администрация гостиницы сделала им на сей счет сдержанное, однако твердое замечание, когда они, «зверски» проголодавшись, спустились наконец, чтобы пообедать.

После столь высокого деяния началось неуклонное продвижение Жана Танслена по иерархической лестнице – и это при его скромном дипломе об общем университетском образовании, выданном за двухлетнее изучение современных языков и литературы. И не было года, когда бы он не получал одно, а то и два повышения по службе. Пятидесятидвухлетняя Сольвейг, сказать по правде, была бесконечно далека от мысли, что с ней произойдет такое. Ради своей карьеры она пожертвовала всем – сексом и обольщением никогда не занималась, мужа и детей не заводила. И вдруг – сойти с ума из-за какого-то француза, не толще карточки метро, с узеньким задом тореадора и хулиганистой мордашкой. И сейчас она с трудом сдерживает себя, чтобы не запрыгнуть в самолет, едва у нее появляется пара свободных деньков. Но они и так встречаются не реже раза в месяц.

И не было случая, чтобы Урази, изнемогающая на крутых виражах трибун, замедлила темп, не дойдя до победного финиша, – всегда домчится до свидания! Она сняла шале в уединенном местечке, неподалеку от Лозанны. Это удобно, и с точки зрения шума, и для авиаперелетов.

Жан Танслен порой колеблется, стоит ли продвигаться дальше в своих скаковых испытаниях. Случается, кобылица его опрокидывает, ставит ему синяки, царапается – один раз дело дошло до тяжелого вывиха ноги. Она делает так не нарочно, это не извращение! Просто она открыла для себя новый экстаз – от поединка на ринге, в сражении с соперником легкого веса, при том, что собственная ее весовая категория даст десять очков вперед Майку Тайсону. Продержаться бы еще лет пять-шесть, не больше. Если он не загнется!

Да что уж там… Кому, как не ей, он всем обязан!

– Почему ты не развелся с Розой, чтобы жениться на Элен?

– В одном из священных текстов дзэн, написанных в IX веке учителем Тозаном, есть такая строфа:

– Что это значит?

– Если ты слишком близко подходишь к огню, он тебя обжигает. Но, находясь слишком далеко от огня, ты не извлечешь пользу от его теплоты.

– И для сексуальных похождений это и есть тот самый Срединный Путь?

Роже смеется.