– Ты ведь никогда не был таким, Марк! – воскликнула Камилла. – Ты всегда был тихим, спокойным. На тебя хоть тонну грязи вылей…
– Если меня не разозлить.
Ссадина на его виске не прибавила ей уверенности в себе – даже с досадной раной Маркус выглядел более чем внушительно.
Камилла скосила глаза к своим палочкам-иголкам и шпилькам, которые сейчас были вне досягаемости.
– Так. Лекции о нравах тебе читать уже поздно, поэтому мы беседуем в такой форме. Ты сама виновата, что оказалась в такой ситуации. Я не раз говорил, что не вожу шашней с коллегами. Это моё правило, ты им пренебрегла, причём грубо его критиковала на людях. Это раз. Моя сексуальная жизнь, с кем бы она ни протекала, – моё личное дело, и тебя не касается, в каких позах и с кем я сплю. Это два.
Она усмехнулась.
– Всё-таки читаешь мне лекции…
Марк высвободил левую руку, зажав оба запястья женщины правой, и медленно снял с неё одну серёжку, затем – другую. Потом неожиданно запихнул их ей в рот, зажав его ладонью.
– Третье – за свои слова нужно отвечать. Глотай… Ничего, – добавил он, глядя в её вытаращенные глаза, – вызовем 911, они сделают операцию и всё достанут. Глотай, девочка.
Камилла заглянула ему в глаза и поняла, что крупно влипла. С третьей попытки она с трудом проглотила серёжки и задрожала.
– Собственно, чтобы глотать, ты и пришла сюда, верно? – мужчина снял с шеи Камиллы цепочку с дорогим изумрудом.
– Марк… не надо! Марк! Что ты делаешь? При чём тут брюлики? – она почти рыдала.
– Тебе не нравится моя сексуальная партнёрша, а мне не нравятся твои украшения.
В его глазах было нечто, что отбивало всякую охоту спорить. Каким-то шестым чувством Камилла поняла, что слёзы здесь не помогут. Она попыталась брыкаться, но мужчина был сильнее и гораздо тяжелее её, прижав собой к дивану. Её отчаянные попытки вырваться произвели другой эффект – Марк замер и глубоко вдохнул. Такой реакции организма в своём возрасте он не ожидал. Камилла тоже что-то заметила и в надежде замерла. Но Марк переждал зародившийся внизу живота приступ и поднял на женщину хмурый взгляд.
– Что застыла? Продолжай, – и грубо отправил цепочку с изумрудом вслед за сережками.
– Я больше никогда не буду ничего говорить про тебя и эту пигалицу… Повалуфта, пвофти!.. – пробубнила она сквозь его руку.
– Поздно, – Марк принялся стаскивать с её пальцев кольца.
– Но большое кольцо острое… Я не дотяну до больницы, Марк! – взмолилась Камилла.
– Его мы смоем в унитаз. Не отвлекайся.
В этот момент Камилла поняла, за какие качества шеф сделал Марка своей правой рукой.
Карл нашел Маркуса в туалете, где тот отмывал твёрдым мылом от красной помады свои ладони.
– Что ты делаешь? – зашипел на него Карл. – Зачем ты тронул Камиллу? Ты знаешь, кто она?
– Знаю. Кто-то когда-нибудь это всё равно бы сделал.
– Ей прихватило желудок, и я вызвал 911.
– Молодец, – меланхолично сказал Маркус, не поднимая головы.
Карл почувствовал, что его водят за нос, даже тряхнул головой.
– Марк, зачем ты это сделал?
Тот наконец закрыл кран и вытер руки бумажным полотенцем.
– Вчера она оставила след на моей одежде, и девчонка, которую я обрабатываю, стала хуже ко мне относиться. Камилла мешает мне выполнять задание.
– Ты сам его себе назначил!
– Шеф одобрил. Эта девочка нужна ему для проекта.
– Но это Камилла! Её нельзя трогать!
– Ты же её трогал…
Карл выбежал следом за Марком и пошёл рядом, едва поспевая за ним и стараясь ни в кого по пути не врезаться.
– Это другое! Нельзя её обижать. Она может создать тебе проблемы.
Марк молча дошёл до барной стойки и даже успел заказать себе что-то, когда Карл понял, что его игнорируют, и дёрнул собеседника за рукав.
– Марк!
– Ну что ты кричишь?!
Карл зло глянул на бармена, но тот и так деликатно отдалился как можно дальше от начальства. Он тихонько смешал какой-то коктейль и залил его в шейкер, всем своим видом показывая, что хотел бы отойти дальше, да не может. Карл вздохнул и отвернулся. Риччи обладал какой-то особой энергетикой, из-за которой рядом с ним не мог долго злиться даже очень раздражённый клиент.
– Я жду признания, что ты был не прав, – Карл посмотрел в глаза друга, но не нашёл в них ни капли раскаяния.
– Карл, ты кто? – вздохнув, спросил Марк.
– В смысле? Я твой друг…
Марк задумался, впервые об этом услышав.
– Нет. В нашей иерархии ты кто?
Карл скрипнул зубами:
– Клубный администратор.
– Вот и займись своей работой. Иди к врачам, проследи, чтобы они ничему не удивлялись. И вернули Камилле все до единой побрякушки. Да, кстати, одно из колец в унитазе. Не смылось.
– Что мне сказать шефу, когда он вернётся? – хмуро спросил Карл.
– Что я и говорил. Она мешала мне работать.
– Всё ведь из-за Иры. Ты сорвался на Камилле. Хотя вчера она вела себя не резче, чем обычно, – неожиданно выпалил Карл.
С минуту он вглядывался в серые глаза Маркуса. Тот затушил сигарету в пепельнице и подал Риччи знак. Тот достал из-за барной стойки его куртку с рюкзаком и передал над столешницей.
– Камилла много болтает, – обращаясь к Карлу, заключил Маркус. – Этого достаточно. Позвони мне, когда врачи закончат.
