И на голос разлуки – лишь сон о далеком.Я держу твои руки – и сосны над нами,Ветерок овевает твой сбившийся локон,И ночная прохлада дрожит светляками.Это только ручьи превращаются в реки,Или тени – ничьи на бродячем пригорке.Ты моя, ты маяк – пусть сквозь сонные векиПробивается мрак, но глаза мои зорки.Пусть мы тени вдвоем, только речка – бормочет,И на платье твоем оживляются складки:Где птенцом трепыхался пугливый комочек,Трепетания снова мучительно сладки!Узнаешь ли меня? – Запрокинулись руки:Я узнаю тебя, даже если забудуЭту песню огней, эту сладостность муки —Даже тени теней не противятся чуду.И движеньем, что легче лесной паутинки,Будто время разгладить, к лицу прикоснулась:Спи, далекий, пусть утро туманит тропинки —Я сегодня средь ночи счастливой проснулась.<p>«Телу легко затеряться в толпе…»</p>Телу легко затеряться в толпе,А душе – в одиночестве.Вот я иду по заросшей тропе,Исчезающей в творчестве.Боже, как зримо поется в глуши,Быть бы только внимательным!Ты меня словом, как есть, оглушиСамым верным и дательным.Словом, разрушившим лет города,Воскресившим, как спящую,Девочку, что не придет никогдаВ жизнь мою настоящую.<p>«Есть проницательность. Есть тайна…»</p>
Н. Т.
Есть проницательность. Есть тайна.Мы вновь приблизимся случайно,Когда сойдет остаток лет.Пространств весенних окрыленностьПронижет душу, как влюбленность,Как весть о том, что смерти нет.Тогда, скользнув прозрачной теньюМеж праздностью и канителью,Появишься, мой ангел, ты.И будут в дымке предрассветной,Как в легкой лирике заветной,Сквозить небесные черты.<p>«Строкой отдельной всякий стебелек…»</p>
