Парня в робе, топтавшегося на тротуаре возле ливневки с дамской сумочкой подмышкой, Виталик заметил сразу. Это был не Николай, его знакомый из коммунальных служб, а кто-то другой. Подходить к нему и требовать сумочку он не решился — надо, чтобы Оленька сама опознала свою вещь.
— Это хорошо, что ты один.
От стены здания отделилась темная тень и подошла к Виталию, якобы попросить прикурить.
— Что-то тут не чисто, — сказал Николай выпуская струю дыма.
Виталик терпеливо ждал, что тот скажет дальше.
— Сумочку не уронили в канализацию, а аккуратно на петле с крючком туда опустили, — сказал он в перерыве между затяжками. — Я не поленился и посмотрел, что лежит внутри. Сама сумочка, скажу, не дешевая, жене такую оплачивал по Интернету, но ей решили пожертвовать, а вот внутри сумки нет ни денег, ни ключей, только дешевая мобила. Завтра можешь со мной не встречаться и не созваниваться. Думал, если выйдешь с дамочкой, то сообщить тебе не удастся. А так с тебя сто баксов, как и говорил. Отдадите тому парню, когда будете сумку забирать. Не заставляйте его ждать. Ночь все же.
И Николай ушел.
Виталий докурил сигарету и пошел назад в бар за Оленькой, надеясь, что она удовлетворила эго.
— У меня еще две оплаченные песни, — снова заартачилась девушка.
— Выйди на улицу, забери у человека в робе свою потеряшку, а потом пой хоть до утра.
Это он, конечно, перестарался, говоря такое — до утра бы не выдержал. К тому же поспать перед работой не мешало бы — день выдался тяжелым.
— Гони назад две мои сотни, — крикнула Оленька ведущей и, опа, поняла, что проговорилась.
«Деньги у нее все-таки были, — Виталик и бровью не повел, словно в покер блефовал. — И ключи от квартиры где-нибудь в заднем кармане. Хотя… Какой карман? Она же в платье парадно-выходном. За корсажем. И ключ там же».
— Такси вызвать или ко мне пойдешь? — спросил он, широко зевнув.
Сумку Оленька забрала, теперь он чуть сам не проговорился, что ему известно о содержимом ее клатча, но покидать гостеприимный бар, работающий до последнего клиента, не торопилась. Виталик не мог понять, какую цель преследовала девушка. Вымотать его? Только зачем?
В конце концов, она согласилась пойти е нему домой.
Виталик откровенно зевал, закрывал глаза, прикидывался, что засыпает на ходу.
— Я бы выпила чего-нибудь. У тебя есть? — спросила Оленька.
Ложиться спать в отличие от Виталия она, похоже, не собиралась.
— По бокалу коньяка и все, — строго сказал Виталик и постучал по кисти руки. — Мне завтра на работу. Не могу опаздывать.
— Начальство не опаздывает, оно задерживается, — многозначительно заметила Оленька.
«Кажется, она проговорилась вторично, — покачал головой Виталик. — О том, что тружусь начальником, не говорил. Или априори все мужчины — руководители?»
— Ладно, — смирилась она, — согласна на коньяк. Обойдусь без бурного секса.
Виталик истерично расхохотался.
— А на просто секс согласна? — спросил он просмеявшись.
— Вообще без секса обойдусь, — надула губы Оленька. — Уже половина четвертого. Спать, действительно, пора.
— Тогда я в душ, — обрадовался Виталик. — А ты стели постель, белье там, — он указал рукой на комод.
Демонстративно зевнув и прихватив по пути свою домашнюю одежду, он отправился в ванную. Включил воду. А потом вышел, стараясь не скрипнуть дверью и на цыпочках прокрался к комнате, где отставил Оленьку. Та, будучи в полной уверенности, что Виталик принимает душ, абсолютно нахально рылась в его шкафу, стоя к двери спиной.
Несколько секунд он, привалившись к косяку, понаблюдал за действиями девушки, а потом также на цыпочках вернулся в ванную.
«Что она искала? — недоуменно пожал плечами Виталик, подставляя лицо под упругие водяные струи. — Фотографии?».
Ей ничего не удастся найти. Все фото со старым лицом он давно уничтожил не только у себя, но и, не поленившись, доехал до родителей, и у них тоже не оставил ни одной своей старой фотографии, словно его никогда и не было.
К Оленьке он присмотрелся, как посоветовал Николай. А что дальше? Ничего не есть и не пить из ее рук. Это надо не просто запомнить, а заучить, как мантру. Даже за стаканом воды самому ходить на кухню. Что ей от него надо? И не спросишь в лоб…
Виталик сделал вид, что пока Оленька следом за ним принимала душ, он просто отрубился, а когда та попыталась добудиться до него, то чмокал губами и мычал нечто нечленораздельное. Оленька не сильно старалась, легла рядом с Виталиком под одеяло и быстренько уснула.
А ему не спалось. Не привыкать — без сна и отдыха за картами порой просиживали сутками. А коньяк, который он предложил выпить, лично его не расслаблял, а бодрил. После принятия на грудь у него словно второе дыхание появлялось.
По порядку, принялся размышлять Виталик — Оленька неспроста появилась на его пути. Он попытался минута по минуте вспомнить до мельчайших деталей весь тот день. И чего его тогда понесло в клуб? Танечка выставила его, указав на дверь. Захотелось напиться.
