Гоша появился без опозданий, спустя некоторое время после того, как Виталий расположился в своей каюте и попытался подремать хотя бы несколько минут до отплытия, потом не получится — турнирная нервозность захватит всех, и организаторов, и участников.
— Прогуляемся по верхней палубе? — предложил Виталик.
Гоша отказываться не стал, он догадывался, что это непростая ознакомительная прогулка — надо было осмотреться, чтобы определить пути отхода для них обоих. Пистолеты, на всякий случай Виталик должен был пронести и схоронить на судне в тот день, когда оплачивал за их участие в турнире. Сейчас бы сделать это никак не удалось — всех участников заставляли пройти через рамку металлоискателя и предъявить для обозрения все железные предметы. Только поздно — они уже о себе позаботились. Рисковали, правда, сильно — турнир могли перенести на другое плавсредство, если бы заявок от участников оказалось слишком много. Но что-то подсказывало Виталику, какое-то внутреннее чувство, что такое вряд ли произошло. На чужом судне сложнее было бы организовать сохранность денег. А на яхте у Алла Фа был надежный встроенный сейф, который однозначно на руках не вынесешь — разве только его содержимое. Что и собирался сделать Виталик. Ведь вторая его криминальная специальность — медвежатник, и громил он сейфы, не хуже, чем папа или дед, от которых ему достались тонкий слух и невероятно чувствительные пальцы, как будто специально предназначенные для открывания сложных кодовых замков.
— Где ты их спрятал? — нервно толкнул Гоша Виталика локтем в бок.
Тот недовольно поморщился.
— Всему свое время, — отозвался тихо Виталик. — Разберись лучше с механизмом опускания тузика, чтобы проблем не было, когда я появлюсь с деньгами наверху.
— Когда это может произойти? — спросил Гоша шепотом.
Ему почем-то казалось, все только и делают, что прислушиваются к их разговору.
— Завтра вечером, — отозвался Виталик. — Не думаю, что раньше подойдем к финальной игре за одним столом.
А потом им надо уйти быстро и обязательно с деньгами в сумке, точнее уйти придется ему одному, оставив Гошу на яхте, прикрывать его бегство. Он, конечно, поступал нечестно, бросая его на произвол судьбы. Но что поделать — вдвоем им не уйти. И он это знал. А Гоша нет. Ведь удирать он будет не с выигрышем, а со всеми деньгами, взятыми из сейфа Алла. И кто сказал, что там окажется только сумма, внесенная участниками турнира? Лично Виталик надеется на гораздо большее. Только поэтому сделал карту для Гоши и отдал ее Маше, чтобы она передала ее охраннику. Он с ним больше никогда не встретится, как только на тузике покинет судно, а если и встретится, то сделает вид, что никогда не был знаком…
Дамы в вечерних туалетах и мужчины во фраках важно прохаживались по яхте, ожидая гонга, извещающего о начале карточного турнира. Знакомых лиц на судне, на удивление, оказалось довольно много, и каждый, внеся всего десять тысяч долларов, мечтал разбогатеть в итоге на полмиллиона.
Ехидно ухмыльнувшись, Виталик поклонился Вадиму, в которого хищно вцепилась Жанна Марковна, держа его под руку. Она все же заплатила за мужчину взнос и теперь претендовала не только на его «спасибо», но и на кое-что большее. И пусть «подруга» побесится — плевать, она, по крайней мере, за ночь с ним щедро заплатила.
— И вы здесь? — Виталик вздрогнул, когда ему на плечо легла рука и раздался до боли знакомый голос.
Кого-кого, но Танечку он совершенно не ожидал встретить на подобном мероприятии.
— Вы тоже играете в карты? — спросил он, удивленно глядя на девушку.
— Нет, — рассмеялась она, — даже в руки не беру. — Но мой спутник, — она кивнула в сторону мужчины, стоявшего рядом с ней, — захотел поучаствовать в таком знаменательном для города событии.
«Этот тоже не игрок, — отметил про себя Виталик, — оба проиграют в первом туре и перейдут в категорию болельщиков».
Ему показалось, что эти двое на яхте появились не случайно, уж больно напряжен сопровождающий Танечки. Он нервно зыркал по сторонам, словно высматривал кого-то.
Впрочем, если бы не голос, он и сам Танечку не узнал, скорее всего, прошел бы мимо роскошной блондинки мимо и даже не взглянул в ее сторону. Честно сказать, над ней неплохо потрудились визажисты — даже взгляд изменился и выражение лица, не говоря уже о цвете волос и глаз.
Зачем она его окликнула? Непонятно. Не признал бы он в ней прежнюю Танечку. И госпожа Триш, похоже, не признала в ней свою бывшую клиентку. А вот это уже неплохо…
Второго мужчину с фотографий Нюрки-паучихи, Глеба, Виталий заметил почти перед самым отплытием. Ну, да, та упоминала, что он тоже картежник. Но откуда взялось у него десять тысяч долларов на взнос? Взял кредит? Интересно он один?
Виталик потряс головой, чтобы избавиться от ненужных навязчивых вопросов — не об этом стоило думать накануне игры.
