Они уже почти достигли укрытия, когда над головами у них раздался свист крыльев, и кто-то схватил Амалию за плечи. Она закричала. Терсел обернулся и ткнул мечом куда-то вверх. Рука, державшая ее, разжалась, и на траву упало тело крылатого воина. Оказалось, что это женщина, очень молоденькая, и, если бы не крылья, ее можно было бы принять за сестру Амалии: такие же длинные волосы, такие же темные глаза. На миг Терсел застыл на месте, пораженный тем, что убил человека, и теперь уже Амалии пришлось приводить его в чувство. Они снова бросились бежать, и с меча Терсела стекала кровь, оставляя на земле алую дорожку.
У дверей дома кипела ожесточенная схватка — несколько поселенцев отбивались от дюжины крылатых воинов. Терсел, волоча за собой Амалию, обогнул дом и выбил окно. Положив на осколки, торчащие из нижней рамы, плащ, он впихнул в окно сначала Амалию, а потом влез сам. Сверху, этажом выше, тоже послышался звон падающего стекла, и Терсел крепче сжал пальцы своей подружки.
— Где можно спрятаться?
— В подвале. Сюда!
Амалия знала в доме каждый дюйм. Она привела Терсела на кухню, где была лестница, ведущая в подвал. Огня у них не было, поэтому они, плотно прикрыв за собой люк, взялись за руки и начали осторожно спускаться. В кромешной тьме Амалия судорожно вспоминала, где здесь какой-нибудь укромный уголок, и наконец пихнула Терсела в узкую нишу прямо под лестницей.
— Сюда. И тихо!
В нише было чрезвычайно тесно. Они прильнули друг к другу и, боясь вздохнуть, начали прислушиваться к тому, что делается наверху. Спустя некоторое время шум затих и наступила гнетущая тишина. Терсел неуверенно прошептал:
— Может быть, лучше… — И больше он ничего не успел сказать. Наверху раздался треск пламени, который мгновенно перешел в страшный рев.
— Сколько раз тебе повторять — ОНА СПИТ! — Шиа уже устала объясняться с этим назойливым смертным. — Да, насколько я знаю, с ней все в порядке! Да, я думаю, что Вульф с нею! Нет, я не собираюсь ее будить!..
— Но…
— Проклятый двуногий! — раздраженно прорычала Шиа, и без того недовольная тем, что их с Хану оставили на носу корабля в обществе Форрала. — Скажи спасибо, что я с тобой вообще говорю. В другой ситуации ты бы от меня и слова не дождался! Послушай! — Она подошла к меченосцу и положила лапы ему на плечи, так что ее золотые зрачки оказались на уровне его глаз. — Ориэлла не поплыла с нами, потому что ей нужно было спасти Чайма. Эта глупость пришла ей в голову потому, что Чайм — ее друг. Теперь они плывут по морю в маленькой лодочке, и, хотя я не могу поговорить с ней, пока она не проснется, уверяю тебя, что во сне ее ничто не тревожит. Из этого я делаю вывод, что с Вульфом все хорошо, и, вероятно, ей удалось вылечить Эфировидца. Да, я тоже за нее очень волнуюсь, но до утра мы все равно ничего сделать не можем — так что ИДИ СПАТЬ!
Форрал повернулся к пантере спиной и стал смотреть в темноту. «Лучше бы мне не знать, — подумал он, — что эта кошка может со мной разговаривать! Злюка! Я ведь просто спросил… А кто бы на моем месте не беспокоился?» И тут его неожиданно посетила мысль, от которой у него голова пошла кругом, — такой заманчивой и опасной была эта мысль: «Если я благодаря телу волшебника могу слышать Шиа, может быть, и магия мне теперь по зубам?» Форрал даже вздрогнул от страха и возбуждения. «Спокойно, — сказал он себе. — Не увлекайся, приятель. Прежде чем браться за это дело, неплохо бы пораскинуть мозгами. Может быть, стоит спросить Ориэллу?» Но если он справится с этим сам, разве не здорово будет преподнести волшебнице такой сюрприз?
По правде говоря, Форрал давно уже горел желанием чем-нибудь поразить Ориэллу. Его не оставляло горькое чувство, что пока от него очень мало толку, — а меченосец не мог с этим смириться. С первого дня своего возвращения он постоянно переживал, что все вокруг прекрасно разбираются в происходящем, и видел, что, хотя люди стараются вести себя с ним поласковее, им неприятно, что он занял тело Анвара. Они успели сдружиться с волшебником, и Форрал все равно оставался для них чужаком и захватчиком. Он вздохнул. Может быть, магия поможет ему? Во всяком случае, попробовать стоит, а пока надо бы сходить посмотреть, как там Ваннор.
По пути в каюту купца его неожиданно посетила еще одна мысль: почему нигде не видно Паррика? Вероятно, он на другом корабле, но как, во имя Чатака, он туда угодил?
— Ты видел? — Искальда вздрогнула. — Когда мы выбирались из пещер, на солдат бросилось какое-то ужасное черное существо…
— Интересно, что бы это могло быть? — отозвался Шианнат.
— Лучше нам никогда этого не узнать, — вздохнула Искальда, кутаясь в плащ. — Похоже, это был кратчайший путь к смерти.
— По крайней мере Чайма эта участь миновала, — медленно проговорил Шианнат.