Дьявол полностью

Федя. Ну, ладно. А потом «Не вечерняя». (Опять ложится.)

Офицер. «Час роковой». Согласны?

Афремов. Пускай.

Офицер(к музыканту). Что ж, записали?

Музыкант. Невозможно. Всякий раз по-новому. И какая-то ска́лa иная. Вот тут. (Подзывает. К цыганке, которая смотрит.) Это как? (Напевает.)

Цыганка. Да так и есть. Так чудесно.

Федя(поднимаясь). Не запишет. А запишет, да в оперу всунет, — все изгадит. Ну, Маша, валяй, хоть «Час». Бери гитару. (Встает, садится перед ней и смотрит ей в глаза.)

Машапоет.

Федя. И это хорошо. Ай да Маша. Ну, теперь «Не вечерняя».

Афремов. Нет, постой. Прежде мою, похоронную.

Офицер. Отчего похоронную?

Афремов. А это оттого, что когда я умру… понимаешь, умру, в гробу буду лежать, придут цыгане… понимаешь? Так жене завещаю. И запоют: «Шэл мэ ве́рста», — так я из гроба вскочу — понимаешь? (Музыканту.) Вот что запиши. Ну, катай.

Цыганепоют.

Афремов. А, каково. Ну — «Размолодчики мои».

Поют.Афремовделает выходку.Цыганеулыбаются и, продолжая петь, хлопают.Афремовсадится. Песня кончается.

Цыган. Ай да Михаил Андреевич, настоящий цыган.

Федя. Ну, теперь — «Не вечернюю».

Те же, входит цыган.

Цыган(к Феде). Вас барин спрашивает.

Федя. Какой барин?

Цыган. Не знаю. Одет хорошо. Соболья шуба.

Федя. Барарай? Ну что же, зови.

Те же без цыгана.

Афремов. Кто ж это к тебе сюда?

Федя. А черт его знает. Кому до меня дело? (Встает шатаясь.)

Маша уходит и что-то говорит по-цыгански с своими.

Те же, без Маши. Входит Каренин. Оглядывается.

Федя. А, Викто́р. Вот кого не ждал. Раздевайся. Каким ветром тебя сюда занесло? Ну, садись. Слушай, Викто́р, «Не вечерняя».

Цыгане поют.

Федя. Вот это она. Вот это она. Удивительно, и где же делается то все, что тут высказано? Ах, хорошо. И зачем может человек доходить до этого восторга, а нельзя продолжать его?

Музыкант(записывает). Да, очень оригинально.

Федя. Не оригинально, а это настоящее…

Афремов. Ну, чавалы, вы отдохните. (Берет гитару и подсаживается к Кате.)

Музыкант. В сущности, оно просто, но только ритм.

Каренин. Je voudrais vous parler sans témoins[13].

Федя. О чем?

Каренин. Je viens de chez vous. Votre femme m’a chargé de cette lettre et puis[14]…

Федя(берет письмо, читает, хмурится, потом ласково улыбается). Послушай, Каренин, ты ведь знаешь, что в этом письме?

Каренин. Знаю. И хочу сказать…

Федя. Постой, постой. Ты, пожалуйста, не думай, что я пьян и мои слова невменяемы, то есть я невменяем. Я пьян, но в этом деле вижу все ясно. Ну, что же тебе поручено сказать?

Каренин. Мне поручено найти тебя и сказать тебе, что она… ждет тебя. Просит тебя все забыть и вернуться.

Федя(слушает молча, глядя ему в лицо). Я все-таки не понимаю, почему ты?

Каренин. Лизавета Андреевна прислала за мной и просила меня…

Федя. Так…

Каренин. Но я не столько от имени твоей жены, сколько сам от себя прошу тебя: поедем домой.

Федя. Ты лучше меня. Какой вздор! Лучше меня не трудно быть. Я негодяй, а ты хороший, хороший человек. И от этого самого я не изменю своего решения. И не от этого. А просто, не могу и не хочу. Ну как я поеду?

Каренин. Поедем теперь ко мне. Я скажу, что ты вернешься, и завтра…

Федя. А завтра что? Все буду я — я, а она — она. Нет. (Подходит к столу и пьет.) Зуб лучше сразу выдернуть. Я ведь говорил, что если я опять не сдержу слова, то чтобы она бросила меня. Я не сдержал, и кончено.

Каренин. Для тебя, но не для нее.

Федя. Удивительно, что ты заботишься о том, чтобы наш брак был не нарушен.

Каренин хочет что-то сказать. Входит Маша.

Те же и Маша. Потом цыгане.

Федя(перебивает его). Ты послушай, ты послушай. Маша, спой.

Цыгане сходятся.

Маша (шепотом). Повеличать бы.

Федя(смеется). Величать: Виктор сударь Михайлович…

Цыганепоют.

Каренин(сконфуженно слушает, потом спрашивает). Сколько дать?

Федя. Ну, дай двадцать пять.

Карениндает.

Те же без Каренина.

Федя. Чудесно! Теперь «Лен». (Оглядывается.) Удрал Каренин. Ну, черт с ним.

Цыгане разбредаются.