Дензел позаботился о том, чтобы отец больше не появлялся в поле зрения принцессы и не мог принимать участие в политике, устроив его чуть ли не в другом конце королевства в отдалённом поместье, практически изолировав от людей, разумеется, в целях безопасности. Спустя какое-то время бывший генерал очень быстро выздоровел и даже смог встать на ноги, но самостоятельно ему было передвигаться всё ещё тяжело, рана была тяжёлая и шрам останется на всю жизнь, поэтому он передвигался с помощью трости.
Со временем Дензелрону пришло на ум, что странное поведение отца, его внезапная способность читать мысли и, судя по всему, кратковременная амнезия — результат клинической смерти, но всё-таки, что-то в нем было не так: тот никогда не стал бы так тепло и спокойно разговаривать с окружающими, и тем более, с сыном. Создавалось впечатление, что здесь не он, а кто-то совсем другой, но выглядящий как его отец.
Вместе с этим у Дензела мелькнула мысль, что у нормального человека такая тяжёлая рана не может зажить столь быстро, поэтому, решил внимательней следить за своим предком, и чем больше наблюдал, тем сильней убеждался в своей последней догадке — отца «подменили». Как оказалось, Кэрролл стал отличаться от прежнего себя даже внешне. Дензел всегда помнил суровые глаза отца грязными и мутными, а сейчас они переливались чистым серебром так, что даже завораживали, а суровость сменилась лукавостью и некой загадочностью. Его голос всегда звучал громко и резко, как испорченный инструмент, теперь же проникал глубоко в барабанные перепонки, создавая впечатление, что голос звучит прямо внутри тебя, словно гипнотизируя. Размашистая и сбивающая с ног походка стала плавной и даже величественной, и будто генерал сделался выше ростом, но Ден посчитал, что с больной ногой ему просто не до той пружинистой походки, которая обрела несвойственную его прежнему отцу грациозность, которая мешала поверить, что это из-за травмы. Также Ден отметил, что и лицо, и одежда, и поведение — вся картина поменялась в одночасье. А ещё Дензел не мог понять, где он раздобыл себе такую особенную трость без единой царапины, да ещё и с атрибутом, в виде черепа козы. Но последним поводом для подозрения стало то, с какой лёгкостью его отец покинул территорию замка и был искренне рад тому, что Дензел стал генералом, если учесть то, как до этого он недооценивал сына и твердил, что из него никогда не выйдет хорошего воина.
В один из повседневных деньков, когда у Дена уже не осталось сомнений, он решил во всём разобраться и вывести самозванца на чистую воду, тем более, когда случайно заметил то, чего у отца его точно никогда не было, как, впрочем, не может быть и у человека.
— Отец? — Дензел нашёл его в зале, сидящим в кресле у камина. Тот любовался пламенем, вращая между пальцами трость, а лицо как никогда отражало спокойствие.
— Дензел, заходи, чего стоишь в дверях, как не родной. — Бархатным голосом произнёс мужчина, что заставило Дензела полностью убедиться — это точно не его отец. — Тебе от меня что-то нужно?
— Я лишь хочу тебе один нескромный вопрос задать. — Ден встал перед ним, глядя на него сверху вниз. — Кто ты и что с отцом моим сделал?
Тот перестал вращать трость, повернулся обратно к камину, и печально улыбнувшись, подпёр рукой подбородок.
— До чего же проницательные нынче люди. — Нараспев сказал Сатана. — И давно ты заметил?
— С того самого момента, когда ты очнулся. — Ответил Дензел. — А ещё, на будущее, с зеркалами аккуратнее будь, из-за них ты выдать себя можешь.
— Зеркала? — Переспросил лукавый и отыскал в комнате отражающую поверхность. — Ах, как опрометчиво с моей стороны, боюсь, что от рогов мне всё ещё никак не избавиться. — Мужчина погладил свою бороду и краем глаза посмотрел на воина. — Что касается твоего отца, то я всего лишь забрал его душу и позаимствовал тело.
— Догадывался я, что всё именно так. — Дензел сел и прикрыл лицо рукой.
— А теперь позволь мне спросить, что ты будешь делать, убедившись в такой нелёгкой правде?
— Ну, не побегу же рассказывать, что в отца моего дьявол вселился! — С усмешкой ответил воин. — Меня примут за сумасшедшего. А если попытаюсь от тебя самостоятельно избавиться, то это может чревато кончиться для меня, так?
— Верно, — Дьявол прикрыл глаза, — уж с кем точно не стоит вступать в конфликт, так это с демонами, поэтому, всё, что тебе остаётся, так немного потерпеть моё присутствие рядом с тобой до тех пор, пока я не заберу то, зачем пришёл сюда.
— Ты имеешь в виду… — По спине Дензела пробежал холодок от мысли, что конкретно может быть нужно Сатане.
Почувствовав вполне оправданный страх Дензела, Сатана улыбнулся уголком губ и обратился к нему. — Скажи, ты боишься? — Он поставил трость на пол и опёрся на неё руками, всё ещё сидя в кресле.
— А что люди обычно на этот вопрос отвечают? — Риторически переспросил Дензел. — Конечно. А если учесть, что не один ты такой в нашем мире…
— Много же ты знаешь, сынок. — Он сделал акцент на последнем слове.
Тот ничего не ответил, и дьявол решил нарушить молчание.
