- Все не так! - Рем со злостью спиной ударился о ствол дерева. - Отца убили, братишку могут со свету сжить. Мы с тобой идем незнамо куда!
- Мы знаем, куда. В соседнее село, к добрым людям.
- Не бывает добрых людей!
- Бывает, я точно знаю! - Софа обхватила Рема за шею, прижалась щекой к его голой груди. - Только вчера мне сон снился. Там люди были добрыми, они хотели помочь. Я правда видела!
- Видела, конечно, видела, - Рем погладил девочку по волосам, чувствуя, как по его щеке катится слеза. Порыв Софы его ничуть не убедил: чего ждать от ребенка! Просто хотелось успокоить Софу. Она ведь, как и его братишка, верила простым заверениям, что все будет хорошо. Зачем же лишать ее этой веры? Ни к чему это.
- Успокоился? - улыбающаяся физиономия поглядела на Рема.
- Конечно, - мальчишка порылся в карманах и вытащил кусок хлеба. - На вот, держи. Вчера с обеда унес. Хотел собак покормить, но и нам сгодится!
Маленькие пальчики схватили хлеб, дернули раз-другой, разделив на две части.
- Держи, - Софа протянула Рему один из кусков.
- Да тут и на одного мало! - попытался воспротивиться мальчишка.
- Но нас двое. Ты со мной поделился, значит, и я с тобой должна! - маленькие пальчики вложили в ладонь другу хлеб. - Ешь!
Хлеб таял во рту, ведь окромя ягод ребятишки ничего не ели. Правда, маленький кусок хлеба скорее распалял голод, а не утолял его. Но тут уж ничего поделать было нельзя. Пришлось довольствоваться изрядной порцией слюны, а затем глядеть на весело горящий огонь, чтобы хоть как-то отвлечься от урчащего в ожидании прибавки к скудному ужину желудка.
Внезапно раздался холодящий кровь вой. Софа мелко задрожала и прижалось к Рему.
- Страшно.
- Волк простой, - Рем и сам ощутил, как к горлу подступает предательская дрожь. Но все же попытался справиться со страхом, ободряюще улыбнуться. - Он не подойдет к костру. Боится огня.
- А если оборотень? Ты про них утром говорил.
- Да в них только Акимка и верил!
Внезапно вой усилился. К первому голосу добавился второй, затем третий. А вместе с волками свою песню затянул ветер. Ударил в спины усталым путникам, зашелестел листвой. Софа уже сама не знала, отчего она дрожит. То ли от страха, то ли от холода.
Рем снял перевязанную вокруг пояса кофту.
- На вот, держи. А то чего доброго замерзнешь.
Девочка протянула ладошки вперед, но тотчас одернула.
- Сам лучше одень, чтоб до утра не околеть.
- Я закаленный, - отмахнулся Рем. - Мне холод не страшен.
- Страшен! Надевай!
Мальчишка усмехнулся, но все же надел кофту. А затем обнял Софу, надеясь хоть так помочь ей согреться.
- Так тепло?
Ответить девочка не успела. В двух шагах от костра промчалась тень. Софа еще крепче прижалась к Рему.
- Зверь!
А затем еще один гость. Шорох то справа, то слева, мрачное угуканье совы...
Ночами в лесах чертовщина всякая происходит. Духи ушедших выходят на свет Божий, на смертных охоту начинают. Горе тем, кто на ночь в лесу останется. На утро только оболочка от человека и останется. Поглотят душу. Одно тело по свету и будет ходить.
Вспомнились Рему рассказы отца, которыми он пугал младшего сына.
А парни возле костра и того пуще рассказывали. Будто в лесах вампиры живут. Они кровь всю из человека выпивают. Несчастный тогда замертво падает. А на следующую ночь тоже вампиром становится, на людей охоту открывает. Может и брата убить, и отца, и мать, и невесту...
На этом месте кто-то из мальчишек - друг рассказчика - выпрыгивал будто из ниоткуда, и к шеям слушательниц тянулся. Девчонки и разбегались кто куда от страха.
- Успокойся, нет там никого! - Рем подскочил на ноги, схватил одну из веток из костра и бросился туда, где только что промелькнула тень. - Видишь, пусто! - Рем вернулся к спутнице, снова бросил ветку в огонь. - Пусть только сунется кто!
А затем новая тень.
- Не ходи туда! - Софа схватила уже готового вскочить Рема за рубашку. - Там никого нет. Мне не страшно!
Ее губы дрожали, но отпускать от себя Рема девочке хотелось меньше всего. А вдруг там все же есть кто, вдруг он нападет!
Дети сидели, обнявшись, Рем так вообще пытался скрыть, что боится идти тень искать не меньше, чем Софа. В первый-то раз оно как-то само собой получилось. Как вспомнил деревенскую жизнь, так сразу спокойнее стало. Но ненадолго. Пытаясь скрыть дрожь, мальчишка подбросил в догорающий костер еще мха, кинул несколько веточек. Сосну старался не кидать. Знал ведь, что она в одно мгновение прогорит.
Так они и сидели, греясь от костра и оберегая друг дружку от страха. Порой казалось, странные звуки лишь мерещатся, а затем накатывала новая волна ужаса. Детские глаза открывались и с надеждой смотрели на костер, что будто бы должен был спасти их ото всех бед.
- Знаешь, это самая страшная ночь в моей жизни. Не думала, что когда-то так напугаюсь, - тихо прошептала Софа на ухо Рему. - Самая-самая страшная.
***
Светать начало рано. Жаль только ни Софа, ни Рем этого не заметили. За несколько часов до рассвета детей все же сморил сон. Усталость взяла свое, победила и холод, и страх. Два одиноких, прижавшихся друг к другу тела.
Тут-то их и нашли!
