- Я знаю, - она безучастно погладила рукой в перчатке лошадиную гриву, а затем вскинула голову, с непонятным отчаянием глядя на Кристофа. - Скажи, я действительно на нее похожа? На Карен.
- Странный вопрос.
- Какой есть, - Габриэлла все также, не мигая, глядела в его глаза. - Ответь!
- Помнишь, я сказал, что ты изменилась с тех пор, как приехала в крепость, - дождавшись кивка девушки, Кристоф продолжил. - Та Габриэлла, которая приехала к нам, никогда бы не задала такой вопрос. Она говорила, что вы ни капли не похожи.
- Говорила, - голос Габриэллы на миг задрожал. - Это плохо, что я изменилась?
Кристоф долго смотрел на нее, не решаясь ответить, затем ударил шпорами коня. Резкий порыв ветра донес до ушей девушки его слова:
- Это хорошо.
Габриэлла последовала за своим спутником. И прежде, чем бешеная скачка заслонила все мысли, в мозгу промелькнуло: "Она бы не спрашивала. Ты прав, Кристоф. Она бы рыдала ночами в подушку, а затем еще полдня просиживала бы возле зеркала. Не для того, чтобы удалить красноту с глаз, чтобы попытаться уверить хотя бы саму себя в том, что она другая!"
Путь жрецам предстоял долгий. Въехать из Ревании, достичь Левадии, пересечь Варгские земли и, конец концом, попасть в Солинию, в резиденцию епископа.
И они ехали. День, два... По ночам останавливались в небольших трактирах, в домах у крестьян, у карателей. Но в одну из ночей проситься на ночлег оказалось не к кому. Повсюду лес.
- Ты уверен, что это безопасно? - Габриэлла зябко поежилась, укутывая руки по локоть в мягкую муфту и прислоняясь к жесткому стволу дерева, после того, как с другого бока от оного привязала лошадь.
- Тебя пугает темный лес? - Кристоф подбросил несколько веток в зажженный костер и посмотрел на свою спутницу. - Лес менее опасен, чем кажется. Держи, - он подал ей кружку с саргсом* . - Согреешься.
- Спасибо, это то, что нужно, - она сделала глоток, закашлялась и на мгновение отодвинула напиток от губ, а затем вновь приблизила, вдыхая ноздрями терпкий аромат. Сделала еще один глоток и вновь заговорила. - Знаешь, я ведь боюсь не деревьев, а тех, кто за ними.
Мужчина приблизился к девушке, осторожно обнял ее, стараясь успокоить.
- Опасных зверей здесь нет. Я ведь езжу этой дорогой каждый раз, когда отправляюсь к епископу. А кто помельче из тварей боится приблизиться к костру. Главное, чтобы он не потух.
- Я боюсь не зверей, - Габриэлла отхлебнула еще немного саргса, стараясь не прижаться ближе к спутнику, слишком хорошо понимая, чем это может ей грозить. Кристоф не Демитрий, что пытался ее поцеловать, лишь только уличит мгновение наедине, предлагал провести с ним ночь. И все равно опасно. Габриэлла хорошо знала, как ее внешность действует на мужчин.
- Чего тогда?
- Людей. В том городе, что мы проезжали последним. В Каарке... - она закусила губу. - В глазах у людей было столько злобы, столько ненависти...
- Каарк... - Кристоф помолчал. - Недавно туда приезжал епископ. К его приезду тамошние жрецы сожгли около тысячи еретиков. Половину населения города.
Габриэлла хотела что-то сказать, но сдержалась. Лишь плотно сжатые губы побледнели.
Кристоф заметил, что с его спутницей не все в порядке:
- Ты дрожишь.
- Мне холодно, - солгала Габриэлла. - Налей мне еще саргса, - она подала Кристофу пустую кружку.
Он молча долил и себе и ей горячего напитка. Также молча они отхлебнули саргс. Затем еще один глоток...
- Мне жаль этих людей, - все же не выдержала Габриэлла, затем, видя, что Кристоф молчит, повернулась к нему и покачала головой. - Тебе нет. Как истинному жрецу, карающему клинку в руках Господа, как...
Он не ответил. На мгновение дав волю чувствам коснулся ее губ своими губами.
Миг нежности, а затем резкая боль в спине и тьма...
Тьма...
Габриэлла резко вскрикнула и села на кровать. Тело тотчас пронзила адская боль. Будто кровь превратилась в трут, что мгновенно вспыхнул.
- А-а! - сил не хватало даже на крик. Из горла вырвался один шепот. Но на сей раз хватило и его!
- Выпей, красавица, легче станет, - к губам поднесли кружку с горячим варевом.
Габриэлла осторожно коснулась лекарства губами, затем глотнула. Закашлялась, но, взглянув в неумолимые глаза старухи, которая протягивала ей питье, пересилив себя, допила до конца.
- Это точно поможет? - внезапно послышался до боли знакомый голос.
- Точно, сынок. Хоть и ранили ее серьезно, вылечу ее. Слишком жестокими стали люди, озлобились. На безоружных нападают. Это приезд Светоча их взбудоражил. Много крови пролилось.
Старуха с неприкрытой горечью вздохнула и отошла. На мягкую перину, где уже лежала Габриэлла, присел Кристоф.
- Ты в порядке? - он поморщился. - Знаю, глупый вопрос...
- Не в порядке. Я убила свою сестру. Убила Карен. Она была самой доброй из всех, кого я знала, но именно ее я обвинила в сговоре с Лукавым!
- С чего это ты вспомнила о Карен? - поразился Кристоф. - Она была ведьмой!
- Нет, не была! Она была просто наивной дурехой, делила мир на белое и черное. А белого на самом-то деле и нет вовсе.
