— Только я не хочу их… — продолжил Люк в следующее мгновение. — Не так, как я хочу тебя. Ты… нечто другое. Нечто особенное.
Мина большую часть своей жизни думала, что она урод, и слово «особенная» считала оскорблением. Но здесь всё оказалось по-другому. Его голос, то, как он смотрел на нее…
— Думаю, ты нечто экстраординарное.
Она дважды сглотнула.
— Я сирена. От моего голоса люди впадают в транс. Я… зло.
— Если хоть часть легенды правда, именно это делает тебя моей.
Ах, верно. Легенда. Они снова вернулись к этому. И она нашла в себе смелость подтолкнуть его.
— Я слышала одну из таких историй. Согласно ей, очень-очень давно родились два мальчика-близнеца. Предсказание гласило, что один из них будет править тьмой и всеми созданиями, находящими спасение во мраке.
Он даже не моргнул.
— И второй должен был править светом. И армия придет по первому его зову, защищать слабых, оберегать невинных… и бла-бла-бла, — выдохнул он. — Старая как мир легенда. Хороший близнец, плохой близнец. Только в нашей семье мы вдарились в довольно большие крайности.
Да, это так.
— Лео, — сказал Люк. — Мой брат старше всего на две минуты и самая большая заноза в заднице.
— Сомневаюсь в этом. — Её взгляд оказался прикован к его губам. Ей нужно перестать пялиться на его губы. — Я в настоящий момент столкнулась со своей собственной болью.
Едва эти слов слетели с губ, как Мина осознала, что ляпнула что-то не то. Сам воздух вокруг нее, казалось, сгустился. Её окутало напряжение — исходившее от Люка напряжение.
— Кто-то испугал тебя, сладкая?
— Ты меня пугаешь, — поспешно ответила Мина. — Всё это «я тебя удержу» кажется ненормальным. Людей нельзя просто…
— Ты не человек.
Нет, она давно предполагала, что не человек.
— Кто тебя так напугал?
— Я сама себя пугаю. — Ещё одна истина, которую она всегда скрывала от других. Но по какой-то причине, тут с ним, обнаружила, что ничего не может утаить. — Мне не нравится быть такой. Не нравится способность контролировать других. Не нравится следить за каждым своим словом, из-за страха причинить кому-то боль, убить кого-то.
Он кивнул, словно её понимал.
— Слова могут стать мощным оружием. Особенно, полагаю, твои слова.
Он понятия не имел. Но именно этим она и стала. Оружием. Той, которую некоторые смертельно опасные люди оказались полны решимости использовать в своих интересах, хотела она того или нет.
— Я бы очень хотела, чтобы ты просто отдал мне Око, — пробормотала она. — Это бы очень всё упростило.
Он опустил руку с её горла, и она сразу же ощутила потерю тепла от его прикосновения.
— Око… сокровище, которое ты хотела украсть у меня.
Она не стала отрицать очевидного.
Он скользнул по ней взглядом.
— Око нельзя украсть.
Теперь он пялился на её ноги.
Она вздернула подбородок.
— Я получу его, если трахну тебя? Такова цена?
Его глаза — они снова полыхнули чистым ярким золотом. Вспышка гнева.
— Ты трахаешься, чтобы получить то, что хочешь? — Злость, нет, ярость вспыхнула в его голосе.
— Нет, — немедленно отказалась Мина. Она больше не удерживала полы халатика. Опустила руки по швам и сжала их в кулаки. — Я думала, ты сказал, что единственный способ получить его это тра…
Он сжал пальцами её плечи, приблизил свое лицо к её.
— Ты трахнешься со мной, потому что хочешь меня. Потому что хочешь дикого необузданного наслаждения, которое мы подарим друг другу. Я не обмениваю секс на одолжения. И уверен, не обменял бы его на Око.
«Ты трахнешься со мной, потому что хочешь меня». У нее перехватило дыхание.
— И я ни на что не обмениваю секс, — бросила она ему. — Просто чтобы прояснить ситуацию. Я занимаюсь сексом, когда хочу кого-то. Мне всё равно, что говорят другие, мне всё равно…
Он притянул её ближе.
— Назови мне имя ублюдка, который осмелился сказать тебе это, и к рассвету я закатаю его в землю.
Она от удивления приоткрыла рот. Он не может говорить серьезно. Он… не стал бы?
Люк уставился на нее.
Он был абсолютно серьезен.
— Т-ты не можешь просто так убивать людей.
— А кто говорит об убийстве? Я просто сделаю так, что сбудутся худшие кошмары этого ублюдка. В этом мире смерть самый легкий выход. Боль — это дар, который длится гораздо дольше.
Хорошо, он полностью оправдывал ходящие о нем легенды и даже больше.
— Ты… ты повелитель Тьмы? — И она целовала его. Она всё ещё хотела поцеловать его.
Она всё ещё хотела его.
И это было абсолютно неправильно.
Но опять же, она ошибалась. Или так все говорили. Мина прочистила горло.
— Ты повелеваешь всеми монстрами. — Вот почему на острове находились пантера и вервольф. Вот почему в подземелье его дома находились тюремные камеры.
— Кто-то должен сдерживать их. Нельзя, чтобы вампиры опустошали каждого встречного человека. Нельзя, чтобы оборотни, разрывая добычу, оставляли тела на улицах. Я тот, кого они все боятся, потому что могу их одолеть. Я тот, перед кем они отчитываются, когда накосячат.
У нее пересохло во рту.
— Мне очень нужен этот катер. — Потому что у нее возникло ужасное подозрение, что она прыгнула из огня да в полымя…
Прямиком в ад.
— Очень жаль, сладкая. Ты не получишь его, потому что я с тобой ещё не закончил.
