— В точку, — удовлетворенно кивнул мужчина. Полина проявляла неожиданную прозорливость.
Они смотрели друг на друга, и оба понимали, что уже без слов все поняли. Дану не надо было распинаться и рассказывать свой план по внедрению Полины в стан врага, она и сама прекрасно поняла, к чему он клонит. Лицо ее стало задумчивым, а потом она убрала свою руку под стол. Дан не видел, но был почти на сто процентов уверен, что она мнет пальцами край скатерти.
Наверное, любая нормальная ассистентка на ее месте стала бы сыпать вопросами, но Поля молчала, пытаясь прикинуть, каковы ее шансы на успех.
— Хотите что-то найти в компьютере секретаря?
— Нет, мне нужен доступ в кабинет и, в идеале, к компьютеру.
— Вы спятили? — возмутилась Поля, а потом вдруг резко встала. — Знаете что, Даниил Александрович, вы хороший начальник, но это уже перебор. Я не хочу к Геннадию Михайловичу, и проблем тоже не хочу, извините.
С этими словами она кивнула, имитируя прощание, и ушла. Дан ошалело смотрел ей вслед, не веря, что Полина, его Полина, просто встала и ушла. Он выудил из бумажника крупную купюру и, бросив ее на стол, встал и пошел за ней.
Полина вышла на улицу, чувствуя, что вот-вот взорвется. Руки сами собой потянулись к сигаретам, которые валялись на дне сумки. Она чувствовала себя обманутой и использованной, хотя зам, конечно, ничего ей не обещал. Но отчего тогда ей было так обидно и горько?
Она смотрела на свое отражение в витрине и видела миленькую девушку, которую вполне можно было бы позвать на свидание. А ее начальник видел троянского коня, которого можно вкатить в приемную к озабоченному до коротких юбок финдиру и попросить шпионить на себя. Полина нервно чиркала колесиком зажигалки, которая упорно не хотела выдать ей порцию пламени.
Уже когда она почти отчаялась закурить, в поле ее зрения появились мужские руки. Вскинув взгляд вверх, она увидела зама, который поднес зажигалку к кончику прыгавшей во рту тонкой сигареты. От неожиданности она затянулась слишком сильно и закашлялась. Даниил Александрович мягко положил ладонь на ее спину, оказываясь совсем близко к ней. Она вцепилась пальцами в сигарету, оцепенев в странных недообъятиях начальника.
— Полина, послушайте, я понимаю вашу реакцию… Но мне действительно не к кому обратиться, — сказал мужчина, глядя куда-то в сторону. — Во всей этой компании я могу доверять только вам. Выслушайте меня. Пожалуйста.
Это тихое, но такое нетипичное для зама «пожалуйста» кольнуло Полину. Она впервые слышала, чтобы ее начальник разговаривал так… мягко. Из голоса ушли привычные железные нотки, осталась только просьба. Неадекватная, совершенно ненормальная, но разве Полину когда-то это останавливало?
— Ладно, — согласилась девушка.
Спустя каких-то пятнадцать минут они оказались недалеко от Полининого дома. Она уже собиралась свернуть в знакомую арку, но зам мягко удержал ее и кивнул куда-то вперед. Они прошли дальше и совсем скоро оказались у красивого дома. Полина думала, что они зайдут в кофейню, но вместо этого они прошли к тяжелой входной двери. Только тогда до нее дошло, что Даниил Александрович ведет ее к себе домой. Оказывается, он живет совсем недалеко от нее.
Решив, что он совсем свихнулся, она не стала ничему удивляться. Все так же молча они поднялись на четвертый этаж, а потом Дан впустил ее в квартиру и забрал у нее пиджак, который она продолжала таскать в руках. Аккуратно пристроив его на вешалку, он повел ее в единственную комнату студии, которую он снимал.
Она была большой, светлой и какой-то пустой. От нее так и веяло одиночеством. Диван, на котором, вероятно, спал ее начальник, был собран, кухонная зона выглядела настолько стерильной, словно ей никогда не пользовались. Никакого творческого беспорядка, все было на своих местах, папка к папке, книжка к книжке. Большие окна были открыты, поэтому шторы слегка колыхались, впуская свежий вечерний ветерок.
— Кофе? — спросил зам, указав Поле на высокий барный стул.
— Да, если можно, — почему-то оказавшись на его территории девушка снова оробела. Наверное, им все-таки стоило поговорить на нейтральной территории.
— Извините, что не предложил пойти в кафе, — словно прочитав ее мысли заговорил зам, — но тут можно говорить спокойно, не боясь, что кто-то услышит. И тут тихо.
«Даже слишком», — подумалось Поле. Пока зам воевал с кофемашиной, девушка смотрела на его спину, понимая, что зря согласилась выслушать его. Он еще ничего не сказал, а она почти уже была уверена, что согласится. Пока они шли к его дому, она совсем перестала злиться, понимая, что вопреки всем ее желаниям, их не связывает ничего кроме работы. И его предложение — ее шанс стать ближе к нему. Пусть даже таким рискованным путем.
