— Еще как, миледи! Даже если твои предположения и не подтвердятся.
Гуров так увлекся беседой с Марией, что только теперь заметил слоняющегося за ближайшим рядом деревьев Еланчука.
— Машенька, когда я с тобой, забываю обо всем на свете. — Гуров подал руку, они встали, пошли к выходу. — Юрий болтается в десяти шагах от нас, почему-то не подходит.
— Я не хочу оставаться одна, — жалобно надула губы Мария.
— Значит, не останешься. — Прогулочным шагом они следовали за Еланчуком, который свернул на аллею, ведущую к круглому корпусу.
Войдя в холл, Еланчук остановился у одной из дверей, как бы приглашая войти.
— Иди, я буду здесь, кофе выпью, — Мария нежно пожала руку «брата».
Гуров прошел в указанную дверь, оказался в кабинете главного менеджера, где, кроме него, находился еще один мужчина, в котором без труда угадывался полицейский. Гуров в шортах и босиком чувствовал себя несколько скованно. Тем более что хозяин кабинета, хотя и без пиджака, был в белоснежной рубашке, а полицейский — в холщовом, безукоризненно отутюженном костюме.
— Здравствуйте, господа, — легко отбросив смущение, пожалуй, слегка иронизируя над своим внешним видом, наклонил голову Гуров. Можно было бы, конечно, разозлиться на Еланчука, но… Да какое все это имело значение? Мелочь.
— Здравствуйте! Здравствуйте! — ответили «господа» по-русски (похоже, одно из немногих слов, которые они знали), перешли на английский.
— Юрий, извинись за мой непрезентабельный вид и выкладывай, зачем я понадобился господам.
Еланчук перевел, хозяин замахал руками, пригласил садиться, подвинул чашку кофе, полицейский лишь кивнул и улыбнулся. Еланчук всех представил друг другу, Гуров имена тут же забыл, запомнил лишь, что хозяина следует звать шеф, а полицейского — лейтенантом.
Еланчук обменялся с ними несколькими фразами, сел рядом с Гуровым на диван.
— На менеджера не обращай внимания — пешка! Лейтенант вроде парень толковый и на моей стороне. Но в принципе они оба ничего не решают.
— Так на кой черт ты меня позвал? — широко улыбаясь, проговорил Гуров. — Ставишь в идиотское положение!
— Объясняю. Вчера Интерпол по факсу обратился в Стамбул. Команда катилась по инстанциям, докатилась до начальника местной полиции, который струхнул и сказал этому пшюту, который тут главный, что собирается арестовать одного из гостей за преступление, совершенное в Германии. Этот встал на уши: «Компрометация роскошного отеля и прочее!», позвонил хозяину. Тот реагировал неожиданно, заявив, что в любой дом может забраться вор, хозяин дома обязан всячески способствовать работе властей. Однако арест следует провести незаметно для окружающих. А завтра он сам приедет сюда, что, понятно, вызвало дикий переполох. Они начали плакаться мне в жилетку, я и ляпнул, что сейчас на одном из лежаков отеля валяется лучший сыщик России.
— Ну уж, — заскромничал Гуров. — Не преувеличивай! Да и не люблю я лесть. — Сказать-то сказал, но вышло не слишком убедительно: в умеренных дозах, конечно, лесть уважал.
Атмосфера между тем накалялась. Полицейский флегматично молчал, управляющий же говорил на все более повышенных тонах.
Гуров попытался было разрядить обстановку, перевести разговор в профессиональное русло:
— Арестовать незаметно человека — не фокус. Я могу это сделать один. Однако не советую. Юрий, переведи этому господину дословно.
— Готово, Лев Иванович!
— И еще скажи, что я не люблю, когда при мне кричат. — Гуров выждал, пока Еланчук переведет. — Я буду разговаривать только с хозяином отеля и начальником полиции. — Он вновь выдержал паузу. — Я хочу, чтобы господин лейтенант и его двое коллег поселились в отеле под видом отдыхающих. Одной из полицейских должна быть молодая женщина. Лучше, чтобы немного понимала по-русски. Все должны быть на месте до… — Гуров взглянул на часы, — восемнадцати часов.
Хозяин кабинета быстро заговорил. Гуров шагнул к дверям.
— Юрий, скажи ему, чтобы заткнулся, и, если он не хочет вылететь из этого кабинета в ближайшие дни, пусть уговорит хозяина приехать сюда сегодня вечером или ночью. Где найти меня, ты знаешь, — Гуров махнул рукой и вышел.
— Чего они от тебя хотят? — спросила Мария, вытягиваясь на лежаке.
— Как и большинство людей, желают, чтобы я на минуточку превратился в Арутюна Акопяна, — усмехнулся Гуров, представив себя во фраке и на сцене.
— Заломи гонорар тысяч на сто баксов, они вмиг отстанут, — философски изрекла Мария.
— И что бы ты делала с такими деньжищами? — поинтересовался Гуров.
— Глупый! Это не такие уж большие деньги. Я бы жила спокойно, не соглашалась сниматься в ерундовых фильмах, которые все равно никто не смотрит. Ты их получи, а куда деть, я найду.
— Я подумал и понял, что сказал глупость: не станем мы размениваться. Пошли они к черту!
— Ясненько, — Мария выудила из пачки сигарету. — Значит, будем подставлять лоб бесплатно, на общественных началах?
— Наркодельцы не поклонники кровопролития.
— Врешь и не краснеешь, а у меня имеется для тебя информация. Но я агент платный, готовь сто долларов!
