… Был вечер тих и небеса алели;С невестой шел рука с рукойЖених; они на озеро гляделиИ услаждались тишиной.… Все было вкруг какой–то полно тайной;Безмолвно гас лазурный свод.Какой–то сон лежал необычайныйнад тихою равниной вод.Вдруг бездна их унылый и глубокийИ тихий голос издала:Гармония в дали небес высокойОтозвалась и умерла…При звуке сем Доника — побледнелаИ стала сумрачно–тиха;И вдруг… она трепещет, охладела,И пала в руки жениха.Оцепенев, в безумстве исступленья,Отчаянный он поднял крик…В Донике нет ни чувства, ни движенья;Сомкнуты очи, мертвый лик.… И были с той поры ее ланитыНе свежей розы красотой,Но бледностью могильною покрыты:Уста пугали синевой;В ее глазах, столь сладостно сиявших,Какой–то острый луч сверкал,И с бледностью ланит, глубоко впавших,Он что–то страшное сливал.Ласкаться к ней собака уж не смела;Ее прикликать не могли;На госпожу, дичась она гляделаИ выла жалобно вдали.

Чтобы ворваться в слабо защищенную душу, дьяволы пользовались не только малейшим вольным грехом, но всякою невнимательностью, вводившей в грех невольный. Дитя хочет пить. Дьявол подсовывает ему кружку воды и сам в нее ныряет. Бедное дитя пьет, позабыв перекреститься, и вот бес уже в нем, Это рассказ св. Цельза. В житии св. Бонания, аббата в Люцедио, повествуется о родильнице, которая таким же способом проглотила дьявола по имени Фумарета (Fumareth). Св. Григорий Великий знал монахиню, съевшую демона в листке латука. Если человек жил в грехе, от бесноватости не могли его спасти никакие святые прибежища, ни убежища. В житии св. Констанца, архиепископа Кентерберийского, рассказывается случай, как бес вселился в молодого монаха в то самое время, когда он читал за литургией Евангелие. Сын отца Алексея в известном, рассказе Тургенева окончательно схвачен преследующим его бесом в момент еще более священный:

" — Слушай, — говорит, — батька. Хочешь ты знать всю правду? Так вот она тебе. Когда ты помнишь, я причастился — и частицу еще во рту держал — вдруг он — (в церкви–то это, белым–то днем!) встал передо мною, словно из земли выскочил, и шепчет он мне… (а прежде никогда ничего не говоривал) - шепчет: выплюнь и разотри! Я так и сделал; выплюнул — и ногой растер. И стало быть, я теперь навсегда пропащий — потому что всякое преступление отпускается — но только не преступление против святого духа…»

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги