— Похоже, да… немного. Когда они ушли, она попросила снотворное, которое вы прописали. Мы дали ей лекарство, и она проспала почти всю вторую половину дня.
Когда Майк вошел в кабинет Джорджа Стенфилда, он не удивился, застав там Джеральда Хатчинсона, но его встревожило присутствие маленького пухлого человека в толстых очках.
— Профессор Лейбовиц, доктор Кернз. — Голос газетчика казался еще больше натянутым, чем по телефону, а его манера — даже немного враждебной. Глаза Джеральда Хатчинсона выражали только довольную антипатию, которую, как показалось Майку, можно было наблюдать в глазах зрителя римских гладиаторских боев, когда он обрекал на смерть упавшего воина, опустив вниз большой палец руки.
— Я встречался с профессором Лейбовицем некоторое время назад, когда мы выступали свидетелями на одном процессе, — сказал Майк, здороваясь за руку со специалистом-графологом.
— Перед тем, как мы начнем, — сказал Стенфилд, — я должен признаться кое в чем.
— Что сняли копии с больничных документов?
— Да. Откуда вы знаете?
— После вашего звонка я позвонил в больницу, чтобы справиться о состоянии мисс Берк. Мисс Страбо, дежурная медсестра, сообщила мне о вашей просьбе снять ксерокопии.
— Мне, конечно, следовало предварительно позвонить вам, — признал Стенфилд, — но когда мы были у Жанет, сестра оставила историю болезни на столе и ушла, а Джеральд стал ее просматривать.
— Я заметил, что подписи под двумя документами о согласии на операцию разные, — перехватил инициативу Хатчинсон. — Естественно, одна была подделкой, поэтому я настоял на том, чтобы Джордж снял с них копии и показал графологу.
— Я, конечно, сразу же подумал о профессоре Лейбовице, — добавил Стенфилд, — поскольку, как вы, наверное, знаете, его мнение относительно почерков признано авторитетным даже в Верховном суде.
— Я хотел бы услышать мнение профессора, — сказал Майк спокойно. — Но, несмотря на любые различия, которые он может обнаружить в этих двух документах, я могу вас заверить, что они оба подписаны мисс Берк.
Джеральд Хатчинсон криво усмехнулся, но ничего не сказал.
— Пожалуйста, профессор, — сказал Стенфилд.
Лейбовиц разложил три ксерокопии на письменном столе Стенфилда и направил на них свет настольной лампы. Из кармана спортивной куртки он достал большую лупу.
— Я пометил эти образцы буквами «А», «Б», «В».
Он говорит таким тоном, подумал Майк, как будто дает показания в суде.
— Образец «А» — письмо, написанное мисс Берк мистеру Стенфилду две недели назад. Образец «Б» — больничная форма, согласие на операцию, очевидно, подписанное мисс Берк и засвидетельствованное Амандой Шефтал.
— Миссис Шефтал — медсестра утренней смены на этаже, — пояснил Майк.
— В этом документе доктору Кернзу дается разрешение проводить все необходимые хирургические процедуры с мисс Берк. Документ явно подписан ею, поскольку подписи на нем и на письме мистеру Стенфилду идентичны.
— Вы хотите сказать, что второй документ подписывала не она? — спросил Майк.
— Конечно же нет, как готов заявить профессор Лейбовиц, — сказал Джеральд Хатчинсон с ноткой триумфа в голосе.
— Пожалуйста, джентльмены, — прервал их специалист-графолог, — позвольте мне продолжить анализ, а затем мы обсудим, что это все означает.
— Простите, профессор, — извинился Майк, — пожалуйста, продолжайте.
— Образец «В» — аналогичная форма-согласие, предполагающая предоставление доктору Кернзу право на проведение операции под названием «двойная увеличивающая маммопластика».
— И подписанная пациенткой в тот же день вечером, — вставил Майк твердо.
— Подписано ее именем, — сказал Лейбовиц тоже твердо, — но не той же рукой, которая написала письмо мистеру Стенфилду и подписала первое согласие на операцию.
— Это невозможно! — воскликнул Майк. — Абсолютно невозможно.
— Вы упустили еще один возможный вариант, доктор, — резко вставил Хатчинсон, — подделку.
— Это ложь! — воскликнул Майк. — И вы можете ответить за такое обвинение перед судом.
— Что мы и собираемся сделать, — заявил Хатчинсон категоричным тоном.
— Ну, пожалуйста, джентльмены, — прервал их Джордж Стенфилд, — вопрос не в том, что кто-то на кого-то подаст в суд. Я, как ближайший родственник Жанет, хочу добраться до сути всего происходящего. Продолжайте, профессор.
— Вторая подпись засвидетельствована другим лицом, — сказал графолог, — имя трудно прочитать, но похоже на Эллен Страбо.
— Мисс Страбо дежурит на этаже с трех до одиннадцати, — пояснил Майк. — Мисс Берк попросила меня сделать маммопластику около пяти часов за день до операции, когда я уже собирался уходить. Я велел мисс Страбо подготовить форму и засвидетельствовать подпись больной, что она и сделала. Это нормальная больничная процедура, и я не понимаю, почему возник вопрос о том, что мисс Берк ее не подписывала?
— Свидетельство вполне определенное, доктор Кернз, — сказал профессор Лейбовиц, — кто бы не подписал за мисс Берк, — имитировал ее подпись, однако есть незначительные каллиграфические отличия между последней подписью и первыми двумя.
— Почему же вы не спросите саму мисс Берк? — поинтересовался Майк.
