Похоже, неожиданно переговоры стали гораздо более увлекательными и захватывающими. Задыхаясь от волнения, Рафи не мог оторвать взгляд от золотой крышки с волчьей головой. Он действительно прекрасно понимал, что она означала. Подобные сосуды обладали потенциалом стать чашей Грааля нанотехнологий, ключом к забытой науке алхимии, способной открыть целую новую отрасль промышленности и стать источником несметного богатства. Но что гораздо важнее, это позволило бы семейству Сен-Жермен подняться вверх в иерархии, возможно, сравняться с единственным «истинным родом», не угасшим до настоящего времени.
И честь добиться великой славы для Сен-Жерменов выпадет калеке с хрупкими костями. Ничто этому не помешает.
Рафи повернулся к Берну.
— Делай, как он говорит. Отведи своих людей. Освободи мальчишку и отпусти его на противоположный берег.
Казалось, его заместитель готов был возразить, но вовремя сдержался. Веревку, которой были связаны руки пленника, разрезали, кляп вытащили изо рта.
— Иди! — приказал Берн, подтолкнув парня в спину.
Тот быстро перебежал по мосту, уворачиваясь от боевиков, возвращавшихся на противоположный берег. Как только он добежал до Пейнтера, они о чем-то зашептались, затем парень кивнул и поспешил к входу в тоннель.
Теперь оставалось лишь одно.
Рафи поднял руку. Другой боевик подтолкнул вперед Кай Куочитс с заткнутым ртом. Девушка отчаянно дергала руками, тщетно пытаясь освободиться от пут. Увидев Пейнтера, она широко раскрыла глаза.
В тот же самый миг ее дядя бросился к ней навстречу, готовый ей помочь. Забыв об осторожности, он выбежал на мост. Ослепленный отеческой потребностью защитить свою племянницу, Пейнтер сбросил с плеч рюкзак, удерживая его за одну лямку… и только тут Рафи осознал свою ошибку.
«О нет…»
По глазам француза Пейнтер увидел, что тот все понял. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы оторвать свое внимание от Кай. Он уже видел жуткие синяки на лице у Джордана. От этого у него в висках застучала кровь.
Неужели и Кай тоже досталось?
Однако этим вопросам придется подождать.
Вместо этого Пейнтер ступил на мост. Он сделал всего несколько шагов и оказался как раз над бурлящим потоком, однако вне досягаемости врагов на другом берегу. Пейнтер вытянул руку. Тяжелый рюкзак повис на кончиках пальцев над грязевой рекой. Горячий пар обжигал кожу на открытых участках тела, окутывая руку желтоватыми облаками токсинов. Жидкая грязь внизу шипела и пенилась.
— Золотой сосуд уже был у вас, — пробормотал Рафаэль, и в его голосе прозвучала смесь разочарования и уважения. — Он был у вас с самого начала.
Держа рюкзак над потоком, Пейнтер расстегнул главное отделение так, чтобы стал виден блеск золота.
— Если вы в меня выстрелите, рюкзак упадет в грязевую реку. Так что если вам нужно сокровище, вы должны отпустить мою племянницу. Пусть она перейдет по мосту на эту сторону. Как только она благополучно скроется в проходе, я брошу рюкзак вам.
— А какие у меня есть гарантии, что вы поступите именно так?
— Я даю вам свое слово.
Пейнтер твердо смотрел в глаза Рафаэлю, не для того чтобы его запугать, а чтобы дать ему ясно понять свои намерения. Он говорил искренне. Это была не уловка, он не имел никакого хитрого плана. Ему приходилось рисковать всем ради спасения Кай. Ковальски занимает выгодную позицию и сможет защищать вход в тоннель. Впрочем, Рафаэль, вероятно, поспешит бежать отсюда с добычей, вместо того чтобы выкуривать из подземелья тех, кто там укрылся. У Кай появится надежда на спасение.
Но это вовсе не означало, что Рафаэль не прикажет своим людям стрелять, после того как Пейнтер бросит ему рюкзак. Пейнтер не тешил себя иллюзиями. Ему придется постараться укрыться за камнями и самому отступить к тоннелю.
План был не ахти какой, но другого у него все равно не было.
Рафаэль выдержал его взгляд, пытаясь прочитать мысли своего противника. Наконец он кивнул.
— Я вам верю, мсье Кроу. Вы правы. Мы закончим это дело, как подобает цивилизованным людям. — Он поклонился. — До нашей новой встречи.
Обернувшись, француз приказал своим боевикам освободить Кай. Девушке развязали руки. Пейнтер ждал. У Кай по-прежнему оставался заткнутым рот, она широко раскрыла глаза… но смотрела она не на своего дядю.
Она смотрела ему за спину.
Из-за гула бурлящей грязи Пейнтер слишком поздно услышал приближающиеся шаги. Обернувшись, он почувствовал красноречивую дрожь каменных плит под ногами и успел заметить высокую черную тень, метнувшуюся к нему. Мускулистое плечо ударило его под ребра, сбивая с ног и швыряя на каменный мост. Сильные пальцы вырвали рюкзак у него из руки. После чего тень пронеслась дальше.
Выкрутив голову, Пейнтер увидел женщину, которая перебежала на противоположный берег к Рафаэлю. Француз, как и обещал, отвел всех своих боевиков. Пейнтеру нужно было выразиться более определенно.
Высокая негритянка, истинная чернокожая амазонка, протянула Рафаэлю рюкзак.
— Merci, Ашанда.
Пейнтер стоял на коленях, оглушенный поражением.
