Никто не заставил долго себя упрашивать. Пейнтер с фонариком двинулся первым, Ковальски с другим фонариком замыкал шествие. Проход вел глубже под землю, дно его было покрыто коварным льдом. Хэнк представил себе, как давным-давно поток воды, затопивший затерянное поселение анасази, хлынул дальше, стекая вот в этот самый тоннель, постепенно застывая и превращаясь в лед.
Джордан провел рукой по низкому своду.
— По-моему, мы в канале, по которому когда-то текла лава. Он может уходить вглубь до бесконечности.
— Так не пойдет, — сказал Пейнтер. — Нам нужно найти дорогу наверх. Грязь будет продолжать разливаться вниз. Нам нужно уйти с ее пути.
— И побыстрее! — заметил сзади Ковальски.
Хэнк оглянулся, и Ковальски направил луч фонарика себе под ноги. Хэнку потребовалось всего одно мгновение, чтобы увидеть воду, которая струилась по дну, стекая сверху. Кауч уже шлепал лапами в этом тоненьком ручейке. Судя по всему, раскаленная грязь достигла горловины тоннеля, растопив лед наверху и пустив его в погоню за беглецами.
Пейнтер ускорил шаг.
Еще через десять минут, которые показались целым часом, они добрались до конца прохода.
— Только не это, — простонал Хэнк, подходя к Пейнтеру.
Тоннель обрывался отвесной скалой. Пейнтер посветил вниз.
Дна расселины разглядеть не удалось, но оттуда доносился гул бегущей воды. Прямо впереди, в восьми футах, возвышался противоположный край трещины. Лавовый канал продолжался там дальше. Казалось, какое-то могучее божество гигантским заступом рассекло землю, разорвав тоннель надвое.
— Это складчатый разлом, — сказал Пейнтер. — Придется прыгать. Трещина не очень широкая. С хорошим разбегом можно без труда перепрыгнуть на противоположную сторону.
— Вы сошли с ума? — спросил Хэнк.
— Все кажется страшнее, чем на самом деле.
— Вздор! — поддержал Хэнка Ковальски. — Мой глазомер меня не обманывает.
— Я смогу, — вмешался Джордан, предлагая всем отойти назад. — Я прыгну первым.
— Джордан… — начал было Хэнк.
— Выбора у нас все равно нет, — напомнил ему парень.
С этим никто не мог спорить.
Все отошли в глубь тоннеля, освобождая Джордану место для разбега.
— Будь осторожен, — напутствовал его Хэнк, потрепав по плечу.
Джордан поднял вверх большие пальцы, показывая, что все в порядке, после чего разбежался, шлепая по нарастающему ручейку, и прыгнул через расселину. Подобно молодой мускулистой стреле, он взмыл в воздух и чисто приземлился на другой стороне, прокатившись на животе по ледяному дну. На мгновение скрывшись из виду, Джордан тотчас же появился снова.
— На самом деле все не так уж и плохо, — улыбнулся он, стараясь отдышаться.
«Легко ему так говорить…»
— Следующим прыгаю я, — сказал Пейнтер. — Как только я буду на той стороне, ты, Ковальски, перебросишь мне собаку.
Ковальски посмотрел на Кауча, тот посмотрел на великана.
Предложение Пейнтера не понравилось обоим.
Отойдя назад, Пейнтер разбежался и перепрыгнул через расселину так же гладко, как и Джордан.
Затем Ковальски взял Кауча, подхватив его под ноги. Собака вырывалась до тех пор, пока Хэнк не успокоил ее, потрепав по бокам и шепнув несколько ласковых слов.
— Послушайте, профессор, чем вы кормите своего пса?
— Пожалуйста, будьте осторожны, — сказал Хэнк, прижимая руку к шее.
Ковальски подошел к самому краю обрыву, согнулся в поясе и резко распрямился. Кауч взвизгнул от удивления, распластав в воздухе лапы, словно прыгнувшая белка. Наклонившись вперед, Пейнтер легко поймал собаку. Оба отлетели назад и упали на дно тоннеля под громкий протестующий лай.
Хэнк облегченно выдохнул, но тут Ковальски повернулся к нему.
— Это означает, что вы следующий.
Сглотнув комок в горле, пожилой профессор покачал головой.
— Даже не знаю, получится ли у меня.
— Или вы прыгнете сами, или я переброшу вас, как вашу собаку. Выбор за вами, профессор.
Хэнк не мог решить, что хуже.
— Если нужно, я буду ловить вас здесь, — окликнул с противоположной стороны Пейнтер.
— Ладно, давайте попробуем, — сказал Хэнк, наполняя свой голос бравадой, которой на самом деле не чувствовал.
Он отошел назад к Ковальски.
— Я могу вас подтолкнуть, придать дополнительное ускорение для разбега, — предложил великан.
Прежде чем Хэнк успел ответить, тихий булькающий вздох заставил обоих обернуться. Ковальски посветил фонариком в глубь лавового канала. Луч света наткнулся на стену грязи, до которой оставалось всего около двадцати футов. Она бесшумно подкралась по тоннелю, словно опытный убийца. На глазах у беглецов тонкая затвердевшая стенка лопнула, и из образовавшегося отверстия потекла раскаленная жижа, разливаясь вперед.
— Сейчас или никогда, профессор!
Низкий гул возвестил о новой беде.
Жидкий поток внезапно резко устремился вперед. Горячие брызги упали на беглецов, обжигая кожу на открытых участках, обдавая зловонием сероводорода. Следом текла неумолимо приближающаяся бурлящая грязь.
— Бежим! — крикнул Ковальски.
Хэнк рванул с места, Ковальски последовал за ним по пятам.
