"Думай, Люцифер, думай, - повторял я, как заклинание - Если полубезумный зверь, накачанный под завязку дьявольской силой, сумел оборвать привязь и уйти - ты тем более сможешь. Пусть у тебя не так много времени, как было у него - зато ты точно знаешь, что это возможно. Где-то в цепи должно быть слабое звено. И ты его найдешь. А чужаки - им нельзя верить. Ни единому слову. У них своя игра, а ты всех подробностей этой игры не знаешь. У них свои цели, а ты им нужен всего лишь как средство достижения поставленных ими задач, тебе неведомых. Они - твои враги.
Зачем ты им нужен? Ну, найдешь ты зверя, ну, схватишься с ним... а вот победишь или нет - это еще вилами по воде писано. Тьфу, ты, опять эти вилы вспомнились! Даже и не знаю, доступны ли они мне, ослабленному, теперь. Не хочу вилы. Меч хочу, как раньше, блистающий! И крылья получить бы обратно!
И к тому же - неплохо бы поговорить со зверем. Мне нужно знать, как он сбежал. И к чему его готовили. Как они планировали переделать мир под себя?
Думай, Люцифер, у тебя мало времени..."
Времени у меня мало - а вот передышек и отдыха что-то многовато. Мы не в отпуске - мы ищем лжедьявола. Я думаю, нам давно пора увидеть тело. Надеюсь, тогда "сладкая парочка" мне поверит.
Не торопясь, доев мороженое, Ио отправляет Фэриена в редакцию газеты и возвращается со мной под ручку в гостиницу. Пока мы неспешно прогуливаемся по Крещатику, опять-таки заходя в магазинчики, он успевает узнать, в какой морг отправили труп. Украина - небогатая страна, и тут особыми способностями обладать не нужно, достаточно немного денег, пусть даже и местных, чтобы узнать любую информацию.
Фэриен подъезжает опять же на джипе (а ты постоянен в своих предпочтениях, мальчик), и красиво резко тормозит перед нами. Со стороны это выглядит потрясающе - парень заехал прямо на тротуар и разом снял двух телок. Потому как мы с милыми улыбками быстренько садимся к нему в машину. Надеюсь, что окружающие украинцы не приняли нас с Ио за проституток. А если б кто-то так подумал - очень бы удивился, услышав от Ио цену.
Тем более, мы едем не развлекаться, не в ночной клуб и даже не в сауну, а в морг. Там заявляем, что ищем пропавшего родственника. Вот морги во всех странах почти одинаковы, только в некоторых они чище. Так или иначе, мы видим тело. Наверняка на персонал морга мы произвели впечатление - две элегантные девушки, сопровождаемые приятным юношей, равнодушно взглянули на чудовищно изуродованное тело, не брезгуя, потрогали наманикюренными пальчиками, многозначительно переглянулись и удалились, бросив напоследок:
- Не наше.
Что это был за человек и как именно он досадил зверю - нам было неинтересно. Может, он просто ему не понравился. Или наоборот, приглянулся, и зверь немного не сдержался, проявляя свою симпатию - я знать не хочу. Пусть уже труп уносит свою тайну в могилу. Неудивительно, что его еще не опознали - опознавать особо нечего, от человечка остались рожки да ножки.
В гостиницу возвращаюсь не в лучшем расположении духа. Едва за мной закрывается дверь, Фэриен разом притискивает меня к стене, так, что мои изящные ножки болтаются в полуметре от пола, и обжигает поцелуем. Мне наплевать, что девчоночье тело отзывается чуть ли не вибрацией на ласку, я одним толчком отправляю нахала кувырком через всю гостиную. Ему везет, и он шлепается прямо в кресло.
- Ты чего?
Он еще спрашивает?
- Ничего, - мой голос мрачен, как никогда, - тело мне верни.
- А что мне за это будет? - Фэриен вольготно развалился в кресле, Ио, снисходительно улыбаясь, сложила руки на груди.
Сволочи, все забавляются! Молча передергиваю плечами, не задумываясь о том, как этот жест будет выглядеть в женском исполнении, и думаю, что придется-таки побыть девкой.
Фэриен щелкает пальцами и восклицает:
- Придумал!
- Ну? - а жду я исключительно подвоха. Хорошего от него ждать не приходится.
Он поганенько улыбается:
- Отсосешь мне, детка?
Я отворачиваюсь, и меня трясет от бешенства. Несколько секунд прикладываю всю силу воли, на какую способен, сдерживаюсь и едва не взрываюсь от напряжения. Даже прокусываю губы до крови, и тоненькая струйка бежит по подбородку, капает на блузку.
А потом разворачиваюсь и иду к нему. Его улыбка растягивается до ушей, порочная улыбка, насмешливая. Неужели он всерьез надеется на минет в моем исполнении? Ио с нескрываемым любопытством смотрит на происходящее. Да, милая, это концерт по заявкам.
Подхожу к нему, спокойно кладу руку на спинку кресла, почти касаясь его плеча, выпускаю когти и одним движением сжимаю ладонь, кромсая кресло на ломтики. Надеюсь, это убедительно.
Фэриен косится вправо, на мои когти в сантиметре от его плеча, и усмехается:
- А ты все мебель портишь, да?
А потом хватает меня за ворот и резко тянет на себя. И тут в игру вступает Ио, в ее арсенале приемчики покруче. Я зубами вцепляюсь в ускользающую силу, но она покидает меня, а ноги мои подгибаются, и я все равно мешком валюсь в кресло, прямо в объятия Фэриена. И он меня гладит, где хочет и как хочет. Ярость бурлит в моих жилах, но это все, на что я сейчас способен.