Спустя час я проснулся. Открыл глаза. Вижу. Все ещё плохо, но вижу. И глаза не так сильно болят. Ваня сидит на диване напротив и бдит. Выполняя мое распоряжения.
— Хм, а это ещё что такое, — удивляясь своим мыслям сказал я.
— Что не так княже? — спохватился Иван.
— Ничего. Я не тебе. Дай разобраться. — закрывая глаза ответил я.
Сам же начал пытаться понять, что не так в моей голове. Сначала думал, что может что-то повредил из-за глаз. Но потом понял, что что-то не так с моими воспоминаниями. Ещё десять минут копания в своей голове привели к осознанию новых воспоминаний. Не моих воспоминаний! Их было не много, но они были. Картинки и образы в моей голове. Обрывки фраз. Сосредоточившись на этих воспоминаниях смог их отделить от своих. Собрав все новые воспоминания в один момент пришло осознание того, что это воспоминания были Якова. Ныне покойного. А заключались они в том, что он от имени своей хозяйки передавал деньги и договаривался об моем убийстве в вагоне поезда. Я не должен был доехать до Москвы.
— Ах ты ж злобная сука! — вскочил я.
Ну здравствуй Москва. В своей бывшей жизни я здесь бывал и не раз. Пару раз гостил у дядьки, но был ещё глуп и мал. Ничего не запомнил. А по взрослому ездил на заработки. Приходилось. Но это Москва другого мира. Так что она может быть совсем другой.
И вот мы с Ванюшка сидим на лавке вокзала. Два дебила это сила, так ещё один из них инвалид плохо видящий. Сколько бы энергию в глаза не прогонял лучше не становится. Всё-таки на восстановление зрения необходимо время. Одной энергией не обойтись. Цена за воспоминания не маленькая. Ещё не известно на сколько я стал кротом и лишился нормального зрения. А может и навсегда. Да и информации из воспоминаний не много — все обрывками. Похоже, что последние сутки или чуть больше. А по итогу ты все равно забываешь чужие воспоминания. Я успел сделать выводы из информации и запомнить их. Так как это моя память, а вот воспоминания Яши, которые попали ко мне два часа назад всё — забыл.
Что делать дальше не понятно. Поезд мы покинули не заметно через другой вагон. Пройдя над сцепками. Меня заказала воспитанница моего рода, а значит встречающие запросто могут доделать её работу. Если встречающие вообще есть. Может убить меня было задумано сразу. И мне для наглядности лапши навешали. Да и вообще стоит ли ехать в поместье. Может нас там и прокопают по тихому.
Документов у меня нет, толком ничего не вижу, за последнюю неделю меня раз пять пытались убить. Из хорошего — есть мой камень, немного денег и Иван.
— Ваня мысли то есть? Что делать будем, — решил я, что одна голова хорошо, а две лучше.
— Так вам решать княже. Как скажите так и будет.
— Да понятно, что мне. Что думаешь про родственников моих? В поместье ехать стоит?
— Думаю, что сразу не стоит. Нужно приглядеться да поспрашивать у люда местного. Что да как. А то может и ждут нас там, только не с хлебом и солью.
— Значит гостиницу найдём. Поживём там и в себя придём. Да и к поместью присмотримся. Веди Иван и нужно транспорт найти.
— Так пролетку мы мигом найдём, но у вокзала дерут дуже много, живодеры.
— Выбирать не приходится Ваня. Я почти ничего не вижу. Времени ходить и искать дешевле нет.
Пролётку выбирал Иван по каким-то своим критериям что-то бухтя себе под нос. Кучер-водитель уважительно помог мне сесть и загрузил наши вещи. Усевшись поудобней и ожидая когда сложат неказистые пожитки прикрыл глаза. Толку от того, что держу их открытыми ее много. Дальше двух метров практически не вижу. Да и ощущения в глазах как песка насыпали.
— Добрый день ваше сиятельство, — услышал буквально в полуметре от меня не знакомый голос. Открыл глаза и повернул голову в сторону говорящего. Лица не разобрать. Но у пролетки собралось по очертаниям человек пять. Иван и кучер замерли.
— Добрый день, — ответил я.
— Позвольте представится титулярный советник Куртенков Эдуард Николаевич. Помощник по особым поручениям третьего отдела Е.И.В. канцелярии. Вас приглашает к себе глава второй экспедиции высокоблагородие коллежский советник Орлов Дмитрий Александрович. — бодро проговорил размытый силуэт. И добавил — на беседу.
— А бумаги у Вас есть? — с подозрением спросил.
— Разумеется ваше сиятельство, — доставая что-то из кармана ответил капитан.
— Вот возьмите ваше сиятельство, ознакомьтесь — протягивая мне в руки бумаги отчеканил он.
— Ваня помоги, — нашёлся когда понял, что ничего не разберу.
— Разрешите ваше благородие, — раздался уже рядом голос Ивана, который протянул руки к бумагам. На удивленный взгляд капитана добавил — у его сиятельства зрение повредилось после ранения.
— Конечно, конечно, — быстро нашёлся он.
— Все верно ваше сиятельство, — через минуту проговорил Иван. — это ваше благородие титулярный советник Куртенков Эдуард Николаевич из третьего отдела канцелярии — дал заключение по предоставленным бумагам Иван.
